— Просто я тоже герой, — пожал плечами Питер, вставая рядом и устремляя взгляд в небо. — Только не супергерой, а пилот гигантского робота.
— Вот как, — Альфред тоже посмотрел на небо. Звезды были, как на ладони, четко прослеживался Млечный Путь и несколько знакомых еще из прошлой, до «Кагами», жизни созвездий. — Красиво здесь…
— Ага, — эхом отозвался Питер.
Ему почему-то расхотелось звать Альфреда назад и начинать трепаться о какой-нибудь ерунде. Тот выглядел весьма подавленным и даже не пытался скрыть это, хотя, может, и пытался, но выходило это у него из рук вон плохо.
— Мэтти и Им так хорошо ладят, — первым разорвал тишину Джонс. — Я рад, что им весело вместе, но, — он усмехнулся, — глупо, конечно, но я их обоих ревную. Им ведь теперь и без меня хорошо…
— Так ты поэтому такой грустный? — Пит заинтересованно посмотрел на Альфреда, а тот аж опешил.
— Конечно! — решительно выпалил он, едва заметно покраснев. — Будто есть еще причины! Мой верный друг и помощник, мой суперагент, вытащивший меня из тысячи передряг, променял экспедицию в заброшенную деревню на посиделки с песнями у костра! — Питер рассмеялся. — Тем более, все остальные друзья тоже нашли себе занятие повеселее…
— А как же я? — возмутился Пит.
— Ты еще слишком мал для таких опасных операций, — нравоучительно заметил Альфред. — И ты не взял с собой своего гигантского робота на случай опасности.
— Да, не подумал, — себе под нос пробурчал Питер. — Тогда почему ты не позвал Артура? Он сидит там со своим зефиром, носом клюет — вот уж кому нечем заняться.
Альфред замолчал, отвернув лицо от Питера. Напоминание об Артуре легко сломало его психологические барьеры, выстроенные за то время, что он любовался небом в одиночестве, и обида вернулась с новой силой.
— Мы в ссоре, кажется, — наконец, тихо ответил он. — Это все… — Джонс снова замолчал, подбирая слова, но вдруг рассердился на себя. — Ерунда все это, Питер, не бери в голову! Пошли в лагерь, а то тебя, наверное, Тино и Бервальд обыскались.
— Точно! — Пит не предупредил их, куда идет, а времени прошло достаточно много. — Скорее, нельзя, чтобы они всех на ноги из-за меня подняли! Вот позор-то будет…
Они побежали к лагерю, стараясь не сломать ноги и не упасть, а когда пришли — у костра осталось совсем немного людей, среди которых Пит заметил своих воспитателей. Попрощавшись с Алом, он подбежал к ним, надеясь, что его не будут ругать, и быстро извинился за непредвиденную отлучку.
Альфред, зевнув, отправился в свою палатку. Она была четырехместная, хорошая, просто замечательная палатка. Но возвращаться в нее ему не хотелось до последнего. Помимо Йонг Су и Мэттью с ним спал Артур — так уж вышло при распределении, — а с ним они договорились поменьше пересекаться. Ал залез внутрь — с тремя взрослыми парнями внутри палатка уже не казалась такой просторной, а когда добавился он, стала даже тесной. Мэтт и Им лежали рядом, лицом к лицу, в противоположной стороне, отвернувшись к стенке, спал Артур, а Альфреду оставалось место между ними. Он поудобнее устроился между чужими спинами и затих, слушая, как сопят его соседи, а снаружи все поет что-то лирическое гитара. Повернув голову набок, Альфред уставился на затылок Артура. Вздохнул. А потом, повернувшись, по-хозяйски прижал его к себе — мол, к черту, терять уже нечего.
Керкленд слабо дернулся для вида, заставив Альфреда ощутимо напрячься, а потом сам придвинулся ближе, своими руками обхватывая его. Сердце у Альфреда резко забилось быстрее, тепло разлилось по телу, и он, уткнувшись носом в светловолосую макушку, счастливо вдохнул родной аромат. Артур повернулся к нему: он казался сонным, но в глазах была ясность. Ал освободил одну руку, чтобы, проведя пальцами по щеке, зарыться ими в растрепанные волосы, а потом потянуть к себе для поцелуя.
Он знал, что наутро снова ничего не останется. Это было бы слишком просто для Артура — вот так вот из-за каких-то ночных нежностей отказаться от своих слов. Альфред не жалел — он просто был счастлив и наслаждался моментом.
========== Действие восьмое. Явление V. Камо грядеши? ==========
Явление V
Камо грядеши? ^1
Это была первая не учебная суббота июня. Занятия в кружках официально еще не были отменены указом Директора, но формально уже прекратились — с понедельника в «Кагами» начиналась неделя подготовки к экзаменам, хотя готовиться к ним большинство ребят начали задолго до этого.
За открытым из-за духоты окном шел дождь, крупные капли иногда попадали на подоконник, рассыпаясь на блестящие осколки. Сейчас дожди шли по всей Японии, и в такой погоде не было ничего удивительного, но, по старой привычке, серое небо внушало странную тоску. Делать ничего не хотелось, а ничего не делать было скучно.
Феликс любил дожди, когда они орошали жаждущую влаги иссушенную землю, он любил те дожди, которых ждешь с нетерпением, которые являлись единственным спасением от ужасной жары. Здесь же они совершенно не спасали. Наоборот, от влаги становилось еще более душно, было буквально нечем дышать, и даже вентилятор не мог помочь.
