Покраснев, Артур поджал губы и, извинившись, вышел из зала. Ему нужно было освежиться, расслабиться и каким-то образом заставить себя не думать о худшем. Слишком рано он начал перекладывать на плечи остальных свои проблемы, и это не было одной из тех вещей, которыми он планировал заниматься в ближайшем будущем. Артур вообще не хотел, чтобы хоть кто-то узнал, как сильно его это беспокоит.
— Арти? — тоненький голосок и приоткрытая дверь в уборную застали Артура уткнувшимся в мокрые ладони.
— Проваливай, Пит, — беззлобно огрызнулся он.
— Нет, — ничего другого от Питера Артур и не ожидал. — Ты сказал, «к нам и в этом году никто не придет», но ведь в прошлом пришел Райвис. Разве он ничего для тебя не значит?
— Значит, конечно, — Артур убрал ладони от лица и, нахмурившись, взглянул на Питера.
— Но прозвучало так, словно бы его вообще нет, — тот покачал головой. — Я знаю, что Райвис боится сцены, но разве не ты должен помочь ему освоиться?
— Я знаю, Питер, — голос дрогнул, и Артуру пришлось сглотнуть. — Просто… я тоже очень стараюсь, понимаешь? — Пит кивнул — конечно, он видел, как старается его кумир. — Но у меня ничего не получается. Я, наверное, худший президент из всех.
— Ты не худший, Арти, — Питер потрепал Артура по голове и тепло улыбнулся. — Ты просто замечательный! Все знают, как много ты сделал для драмкружка, и даже я знаю, хотя пока еще не состою в нем. Но потом я обязательно вступлю и позабочусь о том, чтобы твои старания не пропали даром.
Артур посмотрел на Питера, только сейчас заметив, как тот подрос, и каким взрослым и серьезным стал его взгляд. Он говорил так искренне, что Артур ни на мгновение не усомнился — Питер действительно сделает все возможное, чтобы вернуть драмкружку былую славу.
— С каких пор ты перестал быть такой занозой в заднице? — прищурившись, Артур спрятал улыбку.
— Уже влюбился в меня? — рассмеялся Питер.
— Иди к черту, — беззлобно фыркнул Керкленд.
В зал он возвращался с твердой уверенностью, что оставляет драмкружок в надежных руках, и что бы ни произошло после их выступления этой весной, драмкружок не прекратит свое существование. Знал ли Альфред, когда приглашал Питера на репетицию, что все так обернется? Артур сильно в этом сомневался.
— Извините за случившееся, — вздохнул Артур, поднимаясь на сцену. — Райвис, я вовсе не имел в виду, что твое присутствие ничего не значит для драмкружка или для меня. Я действительно ценю, что ты с нами.
Он поймал недоверчивый взгляд Альфреда и улыбнулся немного виновато. Джонс, в ответ, посмотрел куда-то за его спину — на Питера, и его взгляд не обещал мальчишке ничего хорошего. Артур усмехнулся про себя, стараясь игнорировать разливающееся в животе тепло, и продолжил репетицию.
После разговора с Питером у него словно пелена спала с глаз: стали заметны старания каждого, их беспокойство, ничем не хуже его собственного, их волнения и переживания. Все, даже те, кто не был задействован в постановке, принимали активное участие и делали все, что было в их силах. Почему раньше он не замечал, что драмкружок значит для каждого из них ничуть не меньше, чем для него?
— Говори громче, тебя и на другом конце зала не слышно, а что будет на выступлении? — он прервал Ториса посреди его реплики. – Питер, покажи, как громко нужно было произнести эту фразу.
— «Вы очень добры, но есть еще одно обстоятельство, о котором мне рассказывали друзья», — продекламировал Пит своим звонким голоском, так что все на сцене прекрасно его услышали.
— Ясно? Спасибо, Питер, — дождавшись, пока Торис кивнет, Артур поблагодарил мальчишку.
Он заметил краем глаза, как Альфред нахмурился и уткнулся в сценарий. Ему снова досталась роль ведущего, но в этот раз слов было совсем немного — сама постановка была короткой, и, вдобавок, им пришлось сильно изменить концовку, сделав из научно-фантастического рассказа инсценировку вроде той, что они провернули с «Алисой». Когда пришла его очередь читать свой текст, Альфред хоть и очень старался, но никак не мог поймать нужную тональность, в которой следовало делать это.
— Ты говоришь о возможности исполнить любые потаенные желания, а не о распродаже в Steam^1! — когда Ал в очередной раз облажался, вспылил Артур. — Уэйн ведь даже не осознает, что тот мир, в котором он живет — и есть мир из его тайных желаний! Покажи это, расскажи о буднях — как о чем-то обычном, не делая шоу из аврала на работе и короткого замыкания под Рождество.
— Ладно-ладно, я попробую, — недовольно пробормотал Альфред. — «Уэйн думал, не переставая, пока возвращался домой…»
— Стоп, — Артур сделал глубокий вдох, пытаясь унять недовольство, бушующее в груди — почему именно сегодня Альфреду понадобилось привлекать к себе внимание таким идиотским способом, да еще и при всех? — Еще раз.
— «Уэйн думал…»
— Еще раз.
— «Уэйн…»
— Заново.
— Ну может хватит? — Альфред вскочил со своего стула, и Артур почувствовал легкий укол вины, при мысли, что Джонс, кажется, на самом деле не может правильно произнести это дурацкое предложение.
