— Действительно, хватит валять дурака, — сухо кивнул он. — Может, мне вообще стоит заменить тебя? Уверен, тут даже Питер справится.
— Хватит придираться ко мне! — у Альфреда дрожали руки, и он комкал сценарий, как будто хотел его порвать. — Что ты все заладил со своим Питером? Может, пусть он и выступает вместо меня? А я… я буду тут за вами кружки мыть!
Швырнув свою копию сценария на стул, Альфред спрыгнул со сцены, и решительно направился в сторону кладовки. Не хватало только, чтобы он демонстративно хлопнул дверью, но вместо этого он предпочел загреметь чем-то внутри. Потом шум смолк, но Альфред так и не появился. Артур окинул ребят виноватым взглядом и спустился со сцены следом за Альфредом, чтобы вызволить того из ловушки, в которую он наверняка сам себя поймал. По причинам, которые Артур не хотел называть даже самому себе, он осторожно прикрыл дверь.
— Альфред? — тихо позвал он, и громкое сопение неподалеку уведомило его, что Джонс все еще жив.
В полумраке он не сразу разглядел силуэт Альфреда, и пробирался, можно сказать, на ощупь. Оказавшись рядом с ним, Артур убрал швабры, упавшие позади заготовок для декораций, так что Альфред смог вновь прислонить их к стене, и лишь потом подошел ближе. Альфред снял с головы ведро, тряхнул волосами, поправил очки и посмотрел на Артура таким пронзительным взглядом, что тому захотелось убежать. Это напомнило ему тот давешний случай, когда они точно так же оказались вдвоем в этой самой кладовке, и когда голубые глаза Альфреда заставили его на секунду потерять голову.
— Что с тобой сегодня? — тихо спросил он, только чтобы прервать их молчание, но Альфред в ответ лишь покачал головой. — Не заболел?
Артур прикоснулся к его лбу тыльной стороной ладони, а потом не стал одергивать руку и легко провел по щеке. Он хотел этого — прикоснуться, погладить — давно хотел, но не мог позволить себе, так долго не мог, что вот теперь был просто бессилен перед самим собой. Он чувствовал, как его щеки пылают, но прекрасно знал, что Альфред не может этого видеть.
— Думаешь, я не понимаю? — вздохнул он, сдавленно улыбаясь. — Ты ведь ревнуешь, Альфред, так глупо ревнуешь, что сам не можешь в это поверить. И к кому — подумать только! — к Питеру.
— Н-не…
Артур поцеловал его до того, как Альфред успел сказать хоть слово. Короткое прикосновений губ к губам — он почувствовал, как Альфред напрягся в этот миг, как вспыхнули его собственные уши от смущения, но самым сильным чувством, захватившим буквально все его мысли, было облегчение. Он слишком долго этого ждал, чтобы теперь отступать.
— Это глупо, Альфред, — Артур сомневался, что Альфред может видеть его лицо, поэтому улыбался, как счастливый придурок. — Ты же все понимаешь.
— Ты правда только что меня поцеловал?
Артур на миг задумался, у кого интеллект выше: у Альфреда или ведра, только что снятого с его головы, а потом тихонько рассмеялся — такой уж был Альфред. Он снова поцеловал его, уже по-настоящему, и почувствовал, как Ал неловко, осторожно, словно это может оказаться сном, прижимает его к себе.
— Идем? — отстранившись, почему-то охрипшим голосом спросил Артур.
— Подожди! — Альфред удержал его за руку. — Я хотел спросить, — он покраснел, отвел глаза и выпалил на одном дыхании, так что Артур едва смог разобрать. — Ты-будешь-со-мной-встречаться?
Артур едва сдержался, чтобы не рассмеяться, и тихонько прыснул в кулак. Ну что за идиот?
— Ага, — он спрятал улыбку и тоже отвел глаза в сторону. — Буду.
И как так вышло, что после их разговора в подсобке, у Альфреда вдруг получилось произнести его речь именно так, как того хотелось Артуру?
После репетиции они неведомым образом оказались у Альфреда — кажется, он рассказывал что-то про новую совершенно потрясающую игру, которая вышла на днях, и, может быть, они могли бы пройти ее вместе? Они сидели на кровати Альфреда, у него в руках был геймпад, на экране ноутбука шла кат-сцена^2, но Артур не сказал бы, что происходит сейчас в игре, даже если бы от этого зависела его жизнь. По понятным причинам.
Может, игра и не была так хороша, как утверждал Альфред, но Артуру было плевать — он мог целовать Альфреда, отвлекая его от прохождения, чувствовал тепло его объятий, наслаждался легкими поцелуями в редких перерывах и был на своем месте. Когда у Альфреда зазвонил телефон, нехорошее предчувствие шевельнулось у Артура в груди.
— Извини, это мама, — поставив игру на паузу, Альфред взял телефон и вышел в коридор.
Артур нахмурился и прислушался: сначала Альфред долго молчал, видимо, выслушивая собеседника, а когда ответил — его голос дрожал. Он тихо спросил: «Это серьезно?», так что Артур едва смог расслышать, и после этого разобрать, что Ал говорил, было уже невозможно — только прощание и просьбу перезвонить потом. Альфред вернулся в комнату с наигранной улыбкой, но, поймав пристальный взгляд Артура, улыбнулся уже искренне.
— Мой отец заболел, — сказал он, возвращаясь на свое место на кровати. — По документам я его заместитель в фирме, и мама звонила, чтобы узнать…
