– Я даже не знаю, что сказать. Вы правы, мне не стоит совать нос не в свои дела. Но если вы расскажете, что вы пытаетесь разглядеть там внизу, я попробую сделать это тоже.
– Вы не сможете. Даже если я вам расскажу – вам не понять.
– А вы скажите. А там уже решим.
– Я пытаюсь вспомнить, как летать. Что вы смотрите так на меня? Я же говорю, вам не понять…
– Вы собираетесь прыгать?
– Нет, не дура же я в конце концов. Мне надо только вспомнить… – она замолчала на мгновенье, то ли подбирая правильные слова, то ли заставляя сказать все это вслух. – Мне надо вспомнить, каково это летать! И если я вспомню, я смогу сделать это откуда угодно.
– Я, кажется, понял. Вы должно быть стюардесса, или очень часто летаете на самолетах? – все встало на свои места. Девушка просто сильно скучает по полетам, и тут на высоте десяти этажей она ищет такие же ощущения.
– Вы все-равно не поймете. Оставьте меня, пожалуйста – ответила она и сделала несколько шагов назад.
Азат смог наконец разглядеть ее. Она была немного ниже ростом чем он, что для девушки достаточно, чтобы считаться высокой. Короткая стрижка, разбросанные в стороны волосы еле касались воротника пальто, а глаза отливали в свете полуночного фонаря. Если бы в мире проводились конкурсы красоты, то по всем параметрам она бы не прошла критерии отбора: чересчур худовата, черты ее лица вряд ли будут сводить бы с ума миллионы поклонников, а дерзость во взгляде могла бы и вовсе отпугнуть. Но что-то в ней есть! Что-то такое, чего не встретишь в тех девушках, с которыми должно быть сейчас развлекается Баха.
– Мне кажется, что вам лучше вернуться домой. Я могу проводить вас, – Азат не знал, что можно сказать, когда вот так долго стоишь и смотришь на незнакомого человека.
– Лучше сделайте вид, что вы меня здесь не видели, – ответила она и побежала в сторону люка, ведущего вниз.
Побежать за ней? Черт! Как же тяжело решиться! А если решит, что маньяк или сумасшедший? Но если не побежит, то никогда не встретит ее снова.
Решетка от входа была полуоткрыта, и, протискиваясь сквозь небольшое отверстие, Азат полетел головой вниз. Хорошо, хоть успел подставить и без того разбитые локти. Боль уже не казалась болью, а так напоминанием, что это все не сон. Люди так бояться перепутать сны с реальностью, но почему-то никого не пугает, что и реальность может оказаться миражом. Когда там наверху он стоял в раздумьях, как ему поступить, когда незнакомка рванулась к выходу и пропала из виду, он понял сразу, что что-то очень важное и значимое убегает из его жизни. Он запросто мог остаться наверху и дальше наслаждаться прохладным воздухом на высоте десятого этажа, но желание узнать продолжение этой истории оказалось сильнее. Он сделал шаг в сторону выхода, затем еще один, и прогнившие доски пола завыли старым, мучительным голосом. О чем они просили? Лететь быстрее? Или остаться тут и не страдать херней?
Сердце билось быстрее чем, он мог сосчитать. Дыхание сбивалось, восстанавливалось и снова терялось. Но что-то подсказывало, что надо бежать и бежать еще быстрее!
На улице со стороны двора кроме не знающего куда прибиться и чем заняться кота не было никого. Незнакомка могла скрыться в абсолютно любом направлении. И куда теперь идти? Пойти наугад, не обдумав все как следует, все-равно что искать иголку в стоге сена. Но там наверху она смотрела на дорогу. И это единственное, за что можно зацепиться. Нет, он не может ждать и надеяться на волю случая! Надо бежать! Бежать туда, где даже в такой поздний час не замолкают колеса, и слышно как поют дороги.
Может быть, все дело в предчувствии или интуиции. А, может быть, дело в простом совпадении. Все зависит от того, во что ты веришь – в сверхъестественное, предначертанное судьбой или в более точные вещи, как теория вероятности и возможность абсолютно случайной встречи.
Она стояла на остановке и разглядывала глянцевые обложки журналов в маленьком синем киоске. Точно также как и на крыше, замерев на месте и никак не реагируя на происходящее вокруг. Он достал сигарету, сломанную и помятую со всех сторон, и подумал, что все-таки придется нарушить клятву – курить только перед сном. Такое вот правило: в кармане должна быть хотя бы одна сигарета, которую он достанет на балконе, зажмет на минуту в зубах, подождет немного, а потом даст огню раствориться в дешевом табаке и через пару затягов погаснуть в темноте ночи.
– Опять ты? – она повернулась к нему, и наконец он смог разглядеть ее получше, чем двадцать минут назад.
– Я просто спустился и пошел в первом выбранном направлении, – он сделал затяг и задержал дыхание, от чего сразу закружилась голова. Никотин и нехватка кислорода – та самая зажигательная смесь, от которой сначала тошнит, а потом становится легко и кайфово.
– Точно не преследуешь меня? – спросила она с большой осторожностью.
– А зачем мне это?
– Ну мало ли. Ты встретил девушку на крыше, одну и поздней ночью. Всякое может быть в твоих мыслях, – она немного прищурилась, словно стараясь прочитать что-то в его глазах. Умелый прием, подумал Азат и сделал еще один затяг.
