Мой ответ вызвал еще одну волну ругательств со стороны команды. Все они были нахмурены, раздражены и озлоблены. Только капитан выглядел спокойным. Но на то он и капитан, чтобы в трудных ситуациях держать голову ясной. Я уверена, что он испытывал схожие с ребятами эмоции, только держал их в узде.
— Спасибо вам. Спасибо, что спасли. Как вы нашли меня?
— Тебе не стоит благодарить нас, — взял слово Алекс. — Ты часть нашей команды, нашей большой семьи.
— Ага, младшая сестренка, — пошутила я.
— Что-то типа того. И я уверен, ты также поступила ради любого из нас.
— Да.
— Ну вот. А насчет того, как нашли — мы следили за вами. Как только пришел сигнал от тебя, мы бросились в ресторан, стрясли с администратора информацию о том, куда вы пошли. Охранник посмотрел по камерам, в какую комнату вы зашли. Мы прибежали туда, но там уже было пусто, только стояли твои туфли. Мы забрали их и двинулись на крышу. Других выходов оттуда не было.
— Понятно. Так, в тех комнатах были камеры?
— Да, только без звука. Камеры установили для безопасности, но они не записывают звук для соблюдения тайны клиентов. Поэтому мы не сможем использовать запись в суде, там нет явных нарушений со стороны Аттари. Этот засранец выйдет сухим из воды.
— Ладно, это было и так понятно. А запись у вас есть?
— Да, мы забрали ее.
— Хорошо.
Мы посидели вместе еще некоторое время, а потом пришел вызов на пункт связи корабля. Капитан ушел на мостик, а спустя десять минут вернулся хмурый.
— Вызывал штаб. Нам нужно вернуться на Землю на базу. Доложить о результатах. Но это еще не все. К ним прилетел корабль кританцев. Теперь они будут участвовать во всех наших операциях.
Мы переглянулись и мысленно прикинули, чем нам это грозит. От открывающихся «перспектив» все дружно застонали. Начинается…
Следующий день мы потратили на гиперпрыжок назад и обдумывание сложившейся ситуации. Аттари никак себя не выдал, оружие не было найдено, и предъявить нам ему нечего. Скверная ситуация. Мой экипаж старался ничем мне не напоминать о произошедшем, а о грядущем говорить не хотелось, поэтому на корабле стояла тишина.
Как только мы вышли из гипера, капитан связался со штабом и доложил. Было уже поздно, поэтому нам сказали отдыхать, а завтра в восемь быть на «ковре». Мы незаметно выдохнули. Эта отсрочка была всем по душе.
Но утро наступило, к сожалению, быстро. Надев форму, я вышла в общую комнату, где уже собрались остальные члены экипажа. Мы быстро прошли через терминал и направились в здание штаба. Лифт доставил нас на десятый этаж. Ковровая дорожка под ногами скрывала звук шагов. От этой тишины хотелось избавиться — потопать, спеть песню, да что угодно. Но не успела я подумать о маленьком хулиганстве, как мы дошли до нужной двери. На короткий стук нам ответили «войдите». Напротив входа у окна стоял большой деревянный стол. За ним сидел наш большой шеф. Увидев нас, он откинулся в кресле.
— Ну, герои, проходите. Рассказывайте, что у вас там случилось? — Он показал нам рукой на диваны и мы присели. Капитан коротко и емко рассказал о нашем пребывании на Инваре, после чего начальник задумался.
— А что вы можете сказать от себя? Ваши соображения, впечатления.
— Я думаю, что он причастен. И не только он. Одному тяжело провернуть такую аферу, слишком большой риск. Значит, он с кем-то делится. Нужно сопоставить уровень официальных доходов высокопоставленных работников с имеющимся у них имуществом. Даже если оно на семье. У Аттари много денег, к тому же есть жилье на других планетах.
— Откуда сведения?
— От меня, сэр, — ответила я.
— А у вас откуда?
— Аттари сказал.
— Хмм…интересно. А какие у вас впечатления о Риане Аттари, мисс Райс?
— Хитрый, внимательный, умный, опасный, манипулятор, прекрасный лжец. Имеет власть, деньги, легко поступается общепринятыми ценностями, может пойти по головам ради выгоды.
— Это вы говорите о его попытке вашего похищения?
— Не только, сэр.
— Что же еще?
— Мне кажется, он может быть причастен к смерти продавца антикварной лавки, пойманного с поличным.
— Даже так? Что ж, хорошо. Капитан, у вас еще есть информация?
— Только видеозапись попытки похищения. Но она без звука — политика ресторана.
— Давайте, пройдем в зал и посмотрим.
