— Тогда я согласна, — сердце внутри меня било набатом, я казалась себе смелой, произнося эти слова. Был страх — а вдруг, защитник имеет значение «брат», а я тут со своим «мужчина». Тогда выдам себя, выложу карты. Но надежды оправдались, он хотел быть моим мужчиной. И я согласилась, не думая, не гадая — какие у нас есть шансы. Но лучше так, чем потом жалеть.
После моих слов согласия Лин успокоенно выдохнул — не одну меня тут колбасит — и улыбнулся. А затем поднял руку и осторожно, костяшками пальцев погладил мою скулу. В глазах мужчины читалась радость и нежность. Это был такой приятный коктейль, что я засмотрелась. Момент единения душ, более интимный, чем страстные объятия. И я не сразу заметила, что в комнате стало тихо. А когда поняла, медленно повернулась в сторону остальных присутствующих и замерла. Они все молча смотрели на нас, понимающе улыбаясь. Мои щеки вспыхнули, как сухой хворост от огня. Это породило серию смешков среди народа. После чего все тактично вернулись к прерванным разговорам.
— Может, стоило поцеловать тебя перед ними? — Я знала, что Лин шутит, он бы так не поступил, но одна только мысль об этом заставила меня зашипеть на мужчину.
— Только попробуй! — В подтверждение своих слов я ткнула его локтем. В ответ услышала лишь тихий смех.
На следующий день наш экипаж вызвали на базу, где начальство просветило нас относительно принятых решений. Нас делали доверенным экипажем от Земли для решения совместных дел с Кританией. И нам надлежало отправиться туда для моего торжественного получения медали. После чего начнется работа по дальнейшему расследованию уже знакомого нам дела. Осужденные по торговле оружием не знали продавцов и покупателей, они были лишь посредниками, поэтому остальных придется снова искать нам. И начнем поиски с продавца. Для этого нас временно поселят на Критании и предоставят все необходимое. О ходе расследования надлежало также сообщать начальству. Вылет назначался на завтра. Нам пожелали удачи и намекнули, что мы должны оправдать возложенное на нас доверие. А точнее — не опозорить родину перед другой расой.
После этой встречи я сразу же позвонила Лину. Он сказал, что его начальство уже уведомило об этом. И сегодня вечером нам нужно было обсудить дальнейший перелет и прочие дела. А днем мы пойдем на прогулку.
После прогулки, запомнившейся мне ванильным мороженым, солнечными лучами и счастливой улыбкой, мы вернулись в отель. Необходимо было собрать вещи и перевезти их на корабль. После того, как все было перевезено и разложено, мы связались с Лином и направились к ним на борт. Лететь до Критании было недалеко — всего два дня в гиперпрыжке, а там нам дается день на размещение и подготовку. После этого будет церемония награждения, а потом нас введут в курс дела и начнутся трудовые будни.
Сегодня вечером мы разошлись раньше, чем вчера. Так непривычно было снова спать в своей комнате и постели. Но выспалась я хорошо, а с самого утра, одетая в военную форму, сидела в кресле пилота. В восемь утра, как и было уговорено, оба корабля поднялись с поверхности спутника и вошли в гиперпрыжок.
Эти два дня было решено потратить на восстановление физической формы. Ну, это, конечно, громко сказано, но тело без физических нагрузок быстро расслабляется, а я давно не занималась. А остальное время я читала. Лин сбросил, как и обещал когда-то, нормальную книгу по их традициям и обычаям, и теперь я изучала и запоминала новую информацию. Она была теперь еще более актуальной, так как нам предстояло некоторое время жить на Критании и общаться с местным населением. Не хотелось бы попасть впросак. Одно дело — выглядеть глупо, это еще не страшно, но есть очень серьезные вещи, нарушение которых может неслабо аукнуться. Лин пообещал потом рассказать о наиболее важных моментах жизни, а также о самой церемонии. Но хотелось и самой изучить материал. Как у нас на Земле раньше говорили «На Бога надейся, а сам не плошай». Не то, чтобы Лин был Богом, но ситуация похожая.
