– Ну, а дальше мы позвонили тебе … У наших никакого опыта нет в таких делах. А ты … Толенька, помоги! – сорвалась на крик Белоглазова.
Свиридов сжал ее руки в своих.
– Дементий Кузьмич, если я немного покомандую, ты не обидишься?
– Ну, если ты не объявишь войну Китаю … Давай, Анатолий Иванович, действуй.
– Полковник, ваши соображения по месту, где держат заложницу.
Полковник Крынкин развернул большую карту города – стометровка, определил Свиридов.
– Вот зоны, в которых мы не сможем запеленговать рацию. Это – старые кварталы, которые в народе называют соцгородом – постройки первых послевоенных лет. Одно– и двухэтажные здания типа бараков.
– А это?
– Это единственная в городе трамвайная линия, которая не действует много лет ….
– Что можете сказать о тех, кто захватил девочку?
– Безусловна связь с теми, кто вошел в ваш список. Там, кроме обычных уголовников, были несколько бывших офицеров, воевавших в Анголе, и разжалованных за различные воинские преступления, возможно – наркоманов. Анализ переговоров позволяет предположить отсутствие единства среди преступников, нервозность и недоверие их друг к другу … Главное – отсутствие четкого плана действий. На связи сидят мои офицеры, затягивают переговоры, торгуются.
– Каким вооружением могут располагать преступники? По вашим оценкам?
– Стрелковое – любое. Тяжелое – вряд ли. Гранаты, взрывчатка – один из ангольцев был инструктором по минно-подрывному делу. Но в основном контингент необученный и неорганизованный, много наркоманов – отсюда неуравновешенность и агрессивность.
– Запись переговоров?
– Сейчас распоряжусь.
– Ираида Рудольфовна, мне потребуется ваша помощь.
Баржановская встала. Свиридов поставил стул перед аквариумом, усадил Баржановскую спиной к комнате, встал сзади.
– Успокойтесь и попытайтесь расслабится, – Свиридов попытался войти в сознание женщины. Многослойное переплетение самых разнообразных сведений и эмоций, страх за дочку, какие-то обрывки мыслей о планировавшемся на вечер свидании перекрывались ощущениями неудобства от слишком тесного пояса и неудобных резинок …
– Женя, помоги мне, пожалуйста.
Белоглазова подошла.
– Женечка, отведи Ираиду в туалет и сними с нее неудобный пояс с резинками. А если трусы ей тесны – то трусы тоже сними. – Свиридов сказал ей это тихо и прямо в ухо.
Белоглазова со страхом и удивлением поглядела на Свиридова, но обе дамы удалились.
Возвращаясь Белоглазова глядела на Свиридова с еще большим ужасом.
– А про меня ты тоже … все знаешь? – на ухо спросила она, пока Баржановская усаживалась.
– Что ты, Женечка, я так почтительно к тебе отношусь. Серьезно!
Теперь Баржановской ничего не мешало и Свиридов, обходя чувство комфорта обнаженного женского тела – хотя бы его части – стал продвигаться в ее сознании в нужном ему направлении. Перейти в информационное поле девочки оказалось не так просто – настоящей близости между матерью и дочерью не было, но все же Свиридов вошел в информационное поле Ядвиги. Войдя туда и освоившись там он сделал то, на что и не смел рассчитывать – он вошел в информационное поле девочки текущего момента, а потом прошелся назад по времени …
Генерал и его жена с недоумением наблюдали, как Свиридов гладит голову и виски Баржановской.
Вошел полковник Крынкин с магнитофонной кассетой.
– Рота капитана Ворожейкина свободна?
– В казарме. Вызвать?
– По тревоге. Я сам их проинструктирую. Действовать будем так. Мой дублер …
ОСВОБОЖДЕНИЕ ЗАЛОЖНИЦЫ
Как появился на этой улице подвыпивший мужичонка – никто не заметил.
Но то, что он подвыпил крепенько – это было видно невооруженным глазом. Он даже отлить пристраивался прямо на улице, но потом передумал и зарулил во двор, за приоткрытую воротину. Дальше его никто не видел, даже опытный сотрудник Крынкина, посланный на обеспечение операции и державшийся на максимальном расстоянии.
Проникнуть в дом было несложно – тут если и ждали незваных гостей, то особой квалификацией охрана не страдала. Первый мужичок с обрезом, встретившийся Свиридову, беззвучно улетел под лестницу. Второй – его напарник – так и не поняв, что происходит, остался лежать рядом со своим товарищем.
Отшвырнув в темный угол оружие обезвреженных сторожей и сбросив тулуп и шапку Свиридов неслышно поднялся по рассохшейся и видимо, очень скрипучей, лестнице. Наверху его встретил еще один не очень трезвый, но очень заросший гражданин с «Калашниковым» – он встретил Свиридова с огромным удивлением.
С этим удивлением на лице он там и остался лежать, а его автомат с вынутым затвором полетел под лестницу.
Мысленно прощупывая пространство за дверью Свиридов с видимым спокойствием открыл ее и медленно пошел по коридору. Стоящий на другом конце коридора мужчина в полувоенной одежде не сразу вскинул автомат, но так и не успел ничего сделать и упал – нож, брошенный рукой Свиридова, вошел ему прямо под подбородок.
Дальше события следовали с такой калейдоскопической быстротой, что изложение этой последовательности занимает намного больше времени, чем сами события.
