Далеко за пределами полностью

Значительно ниже Криса, худощавый. Не повод обольщаться. Опасно. Быстрый подшаг, короткий хук с правой, нацеленный в солнечное сплетение. Промах. Отбить удар, поймать руку противника в захват. Вторая рука… чёрт! Крис понимает обманный манёвр, лишь когда раскрытая ладонь с силой врезается ему в подбородок. Отчётливый лязг: челюсти до хруста смыкаются от силы удара. Похоже, этот ублюдок левша.

Давно уже не приходилось вот так. Один на один, врукопашную. Почти нет страха. Есть злость, азарт, адреналин.

Толчок плечом: отшвырнуть в стену, не дать пространства для манёвра. Резким ударом в колено опрокинуть на землю. Проворный сукин сын: успевает сгруппироваться, падает не на спину, на бок, тут же крутанувшись на земле и отправив Кристофа в короткий полёт подсечкой.

Вскакивают на ноги почти одновременно. Почти. Крис на долю секунды быстрее. Доля секунды – довольно, чтобы вывернуть противнику руки и инерцией движения грохнуть его башкой о переборку. С размаху, не соизмеряя силу. Шлем, закрывающий верхнюю половину лица, всё равно погасит бóльшую часть удара. И ещё раз. Сильнее. Для верности.

Шлем отлетает в сторону, по плечам рассыпается копна чёрных волос, и… Крис замирает в изумлении: его противник – женщина. Но нет времени на замешательство: разворот – и она с рычанием бьёт локтем в челюсть, тут же с оттяжкой пнув в колено. Прыткая, тварь.

Вдох. Удар в обмен на удар. Выдох. Отчаянная схватка вряд ли длится больше минуты, а дыхание уже предательски сбито. Удар ребром ладони в кадык. Дрянь, едва не попала. Невысокая, слабее физически. Но с лихвой компенсирует это проворностью и диким, почти звериным остервенением. Скалит зубы. Не знает, что нужна живой. Бьётся насмерть.

Бедро, солнечное сплетение, челюсть – удары сыплются один за другим. Пот заливает глаза. Кристоф уверен: он попал как минимум дважды. Только падать или хотя бы замедляться противница отчего-то не спешит. Бьёт в висок. Наотмашь. Поспешный рывок назад – и кулак проходит по касательной. Но в глазах всё равно на мгновение темнеет, а голова отзывается гудением.

Ответный в голову. Пропускает. Отшатывается, мотает головой, отчаянно пытаясь проморгаться, ошалело трогает пошедшую из уха кровь. Секунда – и вновь кидается в атаку. В опущенной руке тускло вспыхивает нож. Д-дерьмо.

Подкат, уход вниз от встречного удара, бросок, целящий в сухожилия ног. Прыжок! Лезвие пролетает мимо. Удар! Сталь чиркает по коже, оставляя алую полосу от нижней челюсти до левого уха. Проклятье, вена?! Нет, цела. Царапина.

Поймать её руку в болевой приём, до хруста вывернуть локтевой сустав, дождаться, пока пальцы сами собой разожмутся от боли, выпуская нож. Удар в колено, подсечка, пинок под рёбра, вывернутые руки. Колено, упёршееся в спину, сдавленное рычание.

Пара мгновений, чтобы перевести дыхание, сплюнуть тягучий красный сгусток. И только теперь заметить, что стрельба стихла.

Ничего ещё не кончено. Теперь счёт идёт даже не на минуты – на секунды.

Крепко зафиксировать руки пленницы, рвануть на себя, заставляя подняться. Мимолётно ухмыльнуться, на этот раз явственно разобрав в её рычании слово «сука». Краем глаза заметить кибера, разглядывающего трупы и методично стреляющего в головы чересчур, по его мнению, живым.

– В грузовой отсек, – это уже Ларай.

Кристоф не нуждался в приказах. Он уже тащил отчаянно упиравшуюся заложницу в нужном направлении. И едва не проморгал момент, когда пиратка резко запрокинула голову назад, намереваясь заехать ему затылком по носу. Промахнулась. И лишь получив предупредительный тычок в спину, позволила тащить себя дальше.

Когда же её взору предстала ровная череда брикетов, пиратка замерла, еле слышно матюгнувшись на вдохе. Явно понимала, что сейчас видит. А судя по ужасу, отразившемуся в тёмных глазах, – ещё и весьма быстро соображала.

– …к-кого хера?! Кто давал разрешение закрывать шлюз?! – ожил шипением интерком Эйна. – На счёт «десять» его выбьет артиллерия. Время пошло, сучьи дети.

Киборг сунул интерком под нос заложнице.

– Говори, – металлическим голосом приказал он.

Пленница шумно выдохнула. Ещё раз, видимо, собираясь с мыслями. Потом заговорила. По чести сказать – не вполне то, чего можно было ожидать в сложившейся ситуации:

– Грёбаный ты утырок, Харти, чтоб тебя ксеносы во все дыры драли! И данные твоей засратой разведки можешь себе в задницу, сука, запхать по самые гланды! – Голос её оказался низким, с приятной, почти интимной хрипотцой – как у девушек из некогда популярной службы «секс по телефону». Правда, содержание слов параллельно навевало мысли о портовых грузчиках. – Тут сраный кибер на борту и полный трюм пластида! Не стрелять, мать вашу, а то нас всех размажет на сучьи атомы!

– Наши требования, – тут же заговорил Брэд. – Вы сейчас же генерируете червоточину и совершаете прыжок. Плевать куда. Один выстрел – и обоим кораблям конец. Новая попытка атаки – и этот выстрел сделаем мы сами. Взрывчатки достаточно. А нам терять нечего.

– Повтори, – Кристоф с оттяжкой пнул заложницу в сгиб ноги, вынуждая рухнуть на колени.