Сгруппировавшись, Брэд рванулся в сторону, заставляя киборга потерять равновесие. Эйнсток на мгновение завалился набок, ослабил хватку. Этого хватило, чтобы ударить в солнечное сплетение локтем, опрокинуть на землю, придавить собственным весом, уперев предплечье в его шею.
Эйнсток вырывался и хрипел, выплёвывая сгустки крови.
Уже потом, намного позже, Ларай осознает, что промедли он хоть секунду, попытайся вразумить Эйнстока вместо того, чтобы обездвижить, что окажись Эйн чуть менее ослаблен – и Брэду пришёл бы конец. Но сейчас он не думал об этом. Он думал лишь о том, как помочь ему. Как не позволить навредить самому себе больше, чем ему уже навредили.
Эйн замер внезапно. Не ослаб, не отключился – просто в один момент прекратил сопротивление. Стеклянный взгляд сменился осмысленным. В нём промелькнуло узнавание. И болезненное, но совершенно искреннее облегчение.
Брэд скатился с него, только сейчас почувствовав, как бешено колотится сердце.
Шаги. Ларай резко поднялся, вскидывая винтовку, но тут же опустил оружие. Кристоф и Ррагна.
Эйнсток даже не пошевелился.
– Кажется, тебе сильно досталось, – Брэд осторожно помог ему сесть.
Эйнсток кивнул. А мгновением позже зашёлся в беззвучном кашле, отплёвываясь кровавыми сгустками. Брэду хотелось надеяться, что это была только кровь, а не куски повреждённых лёгких.
– Это все? – он указал на трупы.
Эйн качнул головой и указал в сторону двери. Видимо, последний из группы гранатомётчиков решил не играть в героя и попросту сбежал. Однако это вовсе не означало, что он не приведёт подкрепления.
– Сможешь идти, опираясь мне и Кристофу на плечи? Или поискать, на чём можно тебя унести?
Эйн изобразил спецназовский жест «уходим отсюда».
– Не можешь говорить?
Эйн задрал подбородок, коснувшись шеи. Точнее, трёх дырок от пуль, каким-то чудом не задевших артерии, но, похоже, повредивших гортань.
– Берём его и уходим, – проговорил Кристоф.
Ррагна, приблизившись, в ужасе зажала рот ладонями. Однако быстро взяла себя в руки, с готовностью подставляя плечо. И лишь капля крови из прокушенной губы выдавала, чего ей стоило это спокойствие.
Эйнсток был тяжёлым. Гораздо тяжелее, чем мог бы быть человек его комплекции. Тащить его на плечах приходилось попеременно, чтобы всегда оставлять впереди человека с оружием. Никто не преследовал их, не пытался остановить, но они всё равно спешили. Брэд старался не думать о том, насколько ещё хватит нечеловеческой выносливости киборга. И о том, не станет ли слишком поздно уже в следующую минуту. И о том, что корабельный медотсек оборудован для лечения людей, но никак не для восстановления пропущенных через мясорубку киборгов.
Решение вновь пришло неожиданно. Едва Кристоф успел запустить двигатели флаера, как с ним связался Наут Тер Иззар. Ни о чём не спросив, он назвал адрес и код доступа к медицинской клинике недалеко от портового сектора. Напоследок лишь добавил:
– Слово – цена за услугу. Пусть человек с деловым подходом сделает свой шаг для восстановления мира. Мира между людьми и гарргола, – жёлтые змеиные глаза не мигая вперились в Кристофа чёрными трещинами зрачков. – Война плохо сказывается на бизнесе. Совсем плохо. Пусть человек с деловым подходом поручится за моё дело перед своими партнёрами. Пусть человек с деловым подходом найдёт мне новые каналы торговли. Я сообщу, что требуется. Требуется для моего дела. Человек с деловым подходом может не уцелеть в войне, которую ведёт. Но его слово будет жить. Его слово будет жить и приносить пользу.
Дорога до клиники заняла не менее получаса. Эмильен и Эрих, вызванные Кристофом с «Вайндо», были уже там. Четверо ожидавших медработников, не задавая лишних вопросов, помогли уложить Эйнстока на носилки.
За первый час из него извлекли двадцать восемь пуль, причём пять из них, как и опасался Брэд – из пробитого лёгкого. Наверное, только система перераспределения кровотока позволила Эйну не захлебнуться собственной кровью.
Основную работу делала Эмильен, и это было хорошо. Местные медики тоже знали своё дело, однако вряд ли кто-то из них был знаком с физиологией киборгов лучше неё. Эмильен по кусочкам собирала раздробленные рёбра, вставляла штифты и сращивала повреждённую плоть, накладывала швы, комбинировала лекарства. Из-за большой потери крови требовалось переливание. Донорская кровь была предпочтительнее искусственной плазмы, и Брэд не раздумывая вызвался стать донором. Поделился кровью и Эрих, благо практически всех киборгов делали универсальными реципиентами, годилась любая кровь. Сдавать пришлось много. Гораздо больше стандартного количества. Но привередничать не приходилось.
Всё это время Эйн находился в сознании. Точнее – в каком-то странном подобии сознания: взгляд широко раскрытых глаз был абсолютно отсутствующим, на происходящее он почти не реагировал. Лишь когда Эмильен попыталась запустить какую-то программу, по её словам способную отправить киборга в восстановительный сон, Эйнсток перехватил её руку, заставив Эми вскрикнуть от боли.
