Брови Эмильен вопросительно приподнялись. Йесси же, не дожидаясь, пока доктор что-либо возразит, принялась напористо – в лучших традициях следователей из детективных историй – сыпать вопросами:
– Почему отстранён от командования капитан Штрудль? Кто наша гостья и почему она находится не в карантине? Почему не работают средства связи? Что, в конце концов, случилось на станции канселяции? Я не знаю, за кого все тут сговорились меня принимать, но я точно не ребёнок и не идиотка. Я имею право знать, что здесь происходит.
Доктор Лиувиллен шумно выдохнула, присаживаясь за стол:
– Йесси, ни к чему нагнетать обстановку. Мы все теперь многого не знаем и не понимаем. При стыковке со станцией канселяции случилась некая непредвиденная ситуация, возможно, ошибка в документах. Капитан Штрудль отдал приказ стартовать. Своё решение он нам объяснить не пожелал. Это же и стало причиной его отстранения. Одной из причин. При объявлении ему этого решения он стрелял в Эйнстока Трампа, но… не попал. После чего был обезврежен и арестован.
– И вы так спокойно говорите обо всём этом? – задохнулась от возмущения Йесси. – Чем вы объясните правомерность его отстранения, если, как вы утверждаете, он не дал вам объяснений относительно взлёта со станции? Он и не обязан их давать! – безапелляционно заявила Йесси, но тут же поспешила поправиться: – Точнее, обязан, конечно, но не вам, а представителям закона!
– Йесси, если вы не заметили – мы сейчас находимся в неизвестном секторе за пределами Внешнего Кольца без связи, карт и с необнулённым БУЭ. Так что найти представителя закона здесь несколько проблематично. В то время как дальнейшее управление Штрудля могло подвергнуть всех нас ещё большей опасности.
– Вы в этом так уверены? – Йесси сердито упёрла руки в бока. – Капитан, безусловно, не самый приятный человек. Но то, что он не объяснил вам своих действий, вовсе не делает его приказ преступным без суда и следствия. Сопротивление при так называемом аресте я вообще в расчёт не беру – он имел на него полное право. Смена капитана незаконна. В моей колонии это грозит трибуналом и наказанием лично для меня – за то, что стояла рядом и ничего не предприняла.
– А чего вы хотите от меня, Йесси? – доктор устало развела руками. – Это было общим решением экипажа. У Брэда никаких преступных мотивов не было и нет. Я убеждена, что он сделает всё, что в его силах, чтобы все мы выбрались отсюда в целости и сохранности. Что в этом положении могу сделать я, кроме того, чтобы следить за здоровьем экипажа?
– Здоровьем экипажа? – вскинулась Йесси. – И это вы говорите мне после того, как я натыкаюсь на существо неизвестной расы, свободно разгуливающее по кораблю? Кстати, вы так и не ответили мне, почему она не на карантине?
– Потому что здорова, – Эмильен равнодушно пожала плечами.
– А кто гарантирует, что она не откусит кому-нибудь голову? А если это существо и не заразное, то вполне может оказаться преступником или иным отщепенцем!
– Наукой были выявлены некоторые генетические закономерности в развитии всех гуманоидных рас, – отозвалась Эмильен нравоучительным тоном. – Те опасные особенности, о которых вы говорите, попросту невозможны. Ррагна разумна, как вы могли заметить. Кроме того, она прошла дезинфекционную обработку, как только поднялась на борт, что почти исключает возможность бактериальной или вирусной инвазии с её стороны.
– То есть никаких мер по отношению к ней принято не будет? – уточнила Йесси, прищурившись.
– Если для вас этот вопрос так принципиален, поговорите с капитаном. Капитаном Лараем, – Эмильен немного помолчала. – Но вместо этого я бы посоветовала вам мыслить спокойно и логично, а также быть более терпимой. Вероятно, нам всем придётся провести много времени вместе. Нравится вам это или нет.
Эмильен отошла к шкафчику с медикаментами, явно намекая, что аудиенция окончена.
– Да, я хочу поговорить с капитаном. Капитаном Штрудлем, – процедила Йесси.
– По этому вопросу вам тоже следует обратиться к Лараю, – Эмильен и глазом не моргнула, принявшись неспешно перекладывать пузырьки с лекарствами с места на место. – А меня ждёт работа. Не возражаете?..
Йесси уничижительно фыркнула в ответ на столь грубую отговорку и, не посчитав нужным попрощаться, поспешила покинуть медотсек.
Всё оказалось даже хуже, чем она думала. Значит, пилот не соврал, и корабль действительно находится в необитаемом секторе без связи и карт? В этой ситуации свержение капитана выглядит не только незаконным, но и вовсе самоубийственным!
Как бы она ни относилась к Штрудлю, как бы ни скрежетала зубами от одного его появления в зоне видимости, сколько бы мысленно ни костерила его за твердолобость, отрицать очевидное было глупо: если «Космос без границ» так долго держал Кристофа Штрудля на должности капитана, значит, он чего-то да стоит. Только он сможет навести порядок. Ведь не зря же Юковски-старшие отправили дочь именно сюда, на его корабль!
