- Как прикажете товарищ Гвоздь, - растерянно пролепетал старший патруля, протягивая им их пистолеты. Генерал уже отдавал приказы. Не прошло и двадцати минут, как они подъехали к штабу 280-й дивизии на том же самом вездеходе. Генерал и Дэк поднялись на второй этаж и вошли в комнату оперативного отдела, где шло совещание штаба Пангунского фронта, дивизионного и городского ревкомов.
Командующий фронтом Куно Бону по прозвищу Сапёр изумлённо уставился на Генерала со словами:
- Но ты же три дня назад был на Северном фронте?!
- Был там, теперь здесь, - ответил Генерал. Извините, товарищи, но мне бы хотелось точнее узнать обстановку, так что, пожалуйста, начните сначала.
Из 12810 человек личного состава 280-й дивизии в восстании участвовали 11907, из 546 офицеров, только 219. Сбежали командир дивизии, его заместитель по тылу, трое из четырёх командиров полков, одиннадцать из восемнадцати командиров батальонов и дивизионов. В городок и окрестные посёлки вошли 3950 партизан Пангунского фронта. Сапёр призвал на митинге народ вступать в ополчение. За двое суток в него вступили 3510 человек. С оружием было не так просто: из 35 средних танков в наличии было 27 машин, исправных только 18. И так во всех частях. Мало того - Десятая часть всей этой техники стояла на приколе и уже больше суток её ремонтировали в дивизионных мастерских и на местных 2667-м механическом и 779-м автотрактороремонтном заводах. В распоряжении партизан из артиллерийского вооружения были лишь 4 - 87,6-миллиметровых орудия. Всех добровольцев удалось вооружить, но для тех, кто будет приходить позже, оружия мало. Ещё сложнее было с боеприпасами. Снарядов было полтора боекомплекта, мин - два, гранат и патронов - три, но чем и откуда пополнять боезапас никто не знал. При нормальном расходе его хватало на неделю, если экономия - ещё дня три. Что будет, потом все догадывались, но молчали.
Совсем плохо было с продовольствием. Солдат уже давно кормили одной чечевицей, да и её оставалось дней на пять - шесть. Хлебозавод и дивизионная хлебопекарня ещё работали, но муки в городке осталось на пять дней. Генерал и Дэк пришли на совещание в тот момент, когда ревкомовцы ломали головы где взять муки.
- Похоже, всё спровоцировано контрразведкой - констатировал Куно - вызвать выступление, изолировать и уничтожить, чтоб другим не повадно было, - добавил он, - слишком быстро опомнилась местная контрразведка, слишком рано, ещё вчера, появились первые кордоны полиции на дорогах в Пангуну, отсекая от восстания поток добровольцев. На обоих железнодорожных ветках ещё вчера заметили бронедрезины - разведчики.
К предстоящим боям уже готовились. Добровольцев влили в партизанские отряды и начали развёртывание трёх пехотных батальонов. Пополнили и поредевшие от дезертирства части дивизии, сформировали маршевые роты. В семнадцати - двадцати километрах от города начали спешно сооружать дальний рубеж обороны. В самом городе ревком приказал готовить и навешивать на дома маскировочные сети. На окраине начали копать траншеи второго рубежа обороны. Сапёр уже отрядил мобильные и верховые группы для разведки, на одну из них и наткнулись они с Генералом, они действуют в километрах сорока - пятидесяти километрах от города. Уже обнаружены части 98-й, 100-й, 102-й штурмовых дивизий, 201-й, 204-й, 239-й и 800-й штурмовых бригад, 318-й и 322-й егерских бригад. На двух ближайших к Инто узловых станциях всё кишело войсками. Командовал группировкой Гридо, теперь уже корпусной генерал, командующий штурмовой гвардии. Во всяком случае, его позывные постоянно засекали в эфире радисты повстанческих сил. Развёртывание карательной группировки могло занять ещё два - максимум три дня, потом... потом Гридо двинет свои части вперёд.
-"Значит через три дня в бой,"- между делом, отметил Дэк.
- То, что тебе штаб Сопротивления и ЦК поручили представлять и в Большом Камне и здесь Сопротивление, нам известно, а этого парня мы не знаем, - деликатно заговорил Сапёр.
- Алту Рельо, младший лейтенант, ветеран, танкист, прошу любить и жаловать, -представил его Генерал.
- Танковым батальоном командовать сможет? - спросил офицер с погонами подполковника.
- Сможет.
- Возражения есть? - спросил Сапёр.
- Нету возражений, - бросил кто-то.
- Так что же с мукой?
Вернулся к животрепещущей теме один из офицеров.
- Вы у себя на станции поищите, - посоветовал ревкомовцу в железнодорожной форме Генерал.
- Может, и есть что, - пробурчал он себе под нос, скребя пятернёй за ухом, - всё же четыреста пятьдесят вагонов, да и на других станциях ещё.
- Собрать людей надо, чтоб всё знали, - грустно глядя на ревкомовцев, сказал Генерал.
