— Я ни кого и ни к чему не буду принуждать, склонять или заставлять. Я хочу не этого. Вернее, я сразу же скажу, чего я хочу.
И на мгновение выпускаю своего зверя, который оглядывает комнату и сидящих в ней.
— Мое, — прорыкивает он.
«Хватит», — командую я себе.
— Мое, — повторяю я глядя на них обычным и спокойным голосом, в котором все равно чувствуется возбуждение только что проглянувшего во мне зверя.
А потом заканчиваю:
— Мне нужно, чтобы этого вы захотели сами.
После чего я встаю и выхожу из своей собственной комнаты, оставив девушек там наедине и в тишине моей комнаты.
Здесь я сказал все, что хотел. Теперь нужно было переговорить с капитаном и другими командирами групп.
У меня для них плохие новости. Но они должны это знать.
Я специально не стал давить на девушек и говорить им то, что мне было нужно. Тем более все они не маленькие, по крайней мере, я на это надеюсь, и сами догадаются, что мне от них может понадобиться.
Но вот как разрешить возникшую дилемму (хотя тут больше какая-то «четырехлемма»), пока в корне не понимал. А потому просто их поставил перед фактом, что так оно и есть. И этот вопрос рано или поздно потребуется решать.
Лучшего я пока не придумал. Я не большой спец в завязывании и поддержании каких-либо отношений. Обычно я или разрешал использовать себя, так как и мне было что-то необходимо взамен. Но сейчас я не хотел двигаться по этому своему простому жизненному принципу. Да и зверь уже давно определился с моим отношениям к девушкам.
Вот так и получилось, что пока сам я ничего лучшего придумать не смог. И тут я был готов прислушаться к любому совету, подсказке, знамению, яблоку, которое упадет мне на голову, угарному бреду — в общем, всему тому, что иногда приводит к озарению. Тому самому, которого у меня сейчас не было и которое мне было необходимо.
Тем более я и так сказал им больше, чем хотел, вернее показал.
Не знаю, как другие, но Рения, судя по ее взгляду, которым она наградила меня, когда я выходил из комнаты, поняла гораздо больше, чем все остальные. Слишком знаком ей был тот внутренний зверь, что живет внутри меня. Зверь, способный только убивать.
Ну а потом состоялся тот самый совет.
— Что ты предлагаешь? — спросил у меня Экос.
Мы направлялись в город тараканов. Такое опасное соседство нужно было пресечь.
После того как я поведал о своей встрече с эльфами и рассказал то, при каких обстоятельствах мы с ними познакомились, на совете, устроенном на заставе в главном зале донжона, было принято решение вырезать и вычистить это гнездо непонятных и столь опасных существ огнем и мечом.
Я не знаю, было ли известно и догадывались ли гаалы о нашем существовании раньше, но теперь они точно должны были знать, что, по крайней мере, сбежавшие от них эльфы и те, кто им помог, где-то тут есть. Тем более и вычислить направление, в котором мы могли уйти, не составит для них в нашем конкретном случае особого труда.
Среди нас, кроме тех, кто мог и самостоятельно о себе позаботиться — а последними я по определению считал мужчин, и их дальнейшая судьба меня особо не заботила, — были женщины и дети. И поэтому на тот момент все больше были озабочены выживанием и тем, чтобы добраться до заставы, а не заметанием следов.
Я, конечно, периодически возвращался назад на пару километров, чтобы проверить есть ли за нами погоня или нет, но если я ее не видел и ее не было, это еще не означало, что эти самые гаалы не могут организовать свою карательную экспедицию чуть позже.
И в этой ситуации особенно меня настораживало то, с какой легкостью они сумели захватить и подчинить себе эльфов.
Если они смогли проделать это с ними, то почему не могли, то же самое проделать и со всеми остальными. А это заставило задуматься о нашей безопасности не только меня, но и многих других. И организовать этот самый поход, который мы сейчас и обсуждали.
Вернее, это должен был быть рейд и удар на упреждение. Мы не могли дать им возможности подготовиться и найти нас.
У нас на текущий момент было одно важное преимущество. Мы уже знали об их существовании, и знали о том, где находится их база. Им же для начала придется найти нас.
Поэтому мне не составило труда обосновать необходимость этой зачистки. Тем более она и правда была нужна. И это понимали все без исключения.
Однако лично у меня, кроме патриотических соображений, во всем этом был и свой, личный интерес. Я этого не озвучивал на совете, но знал, что тараканы каким-то образом умели открывать порталы в определенные места. Разные это миры или одни и те же, я не знал. Но мне точно известно, что делали они это самостоятельно.
Кроме того, из тех их артефактов, что попались мне в руку — а их я видел всего два разных вида, — ни один из них не отсвечивал особо большим собственным магическим излучением. Ни их боевой жезл, который я изучил за последние дни белее внимательно, ни тот аппарат, похожий на компьютер. И это для меня было не понятно.
