Вернулся пес домой и сразу же в другое селение отправился жену искать. Пришел в селение и сел около дверей.
— Откуда ты? Наверное, пришел за чем-нибудь? — спросил старик.
— Да вот, хочу жену найти, — отвечает пес.
— Слышите, девушки? Кто из вас замуж пойдет? — спрашивает старик дочерей.
— Ну что ж, давайте я, — говорит самая младшая.
Проснувшись наутро, мать гостинцы приготовила: домашнюю колбасу. После этого отправился пес с новой женой в путь.
— Погоди, не торопись, сначала твоих предков угостим, — говорит жена мужу, который ехал, нигде не останавливаясь.
Обрадовался муж, что жена это говорит.
Когда к дому подъехали, щенки им навстречу выбежали. Новая жена всем по куску мяса с ребрышком дала. Побежали щенки домой, говорят матери, что очень хорошую жену старший брат привез.
Вышла старая собака навстречу невестке. Во рту лучину держит. Подбежала к ней девушка и говорит:
— Ведь ты уже старая, можешь шкуру свою опалить. Давай я лучше понесу лучину!
Велели ей войти в дом с закрытыми глазами, вошла она так, как ей сказали. Велели, зажмурившись, пойти в кладовую за полог, она так и сделала. Открыла глаза — а в доме полным-полно всякой бронзовой посуды. Пошла за водой с закрытыми глазами, сразу же прекрасную прорубь нашла.
— Выйдешь только тогда, когда шум в четвертый раз услышишь, — сказал муж жене, перед тем как спать лечь.
Вышла она, как четвертый шум услышала, видит: возле дома огромное стадо, а около стада ее муж стоит — распрекрасный юноша. Рядом с ним детишки бегают, все в красивых кухлянках и штанах. И мать тут же в красивом женском одеянии. Олени от жиру на свои ноги мочатся, кал их на скрученную проволоку похож.
А первая жена стала подругам жаловаться, говорит, что она первая жена у пса. Но сделанного не воротишь. Зачем так плохо с собаками обошлась?!
Как-то нашел ворон большой кусок оленьего сала, который люди обронили.
Схватил его и хохочет:
— Ха-ха-ха, кар, кар, кар! Вот спасибо-то, поем сальца!
Сел с салом на дерево и начал есть.
Каждый раз, как не может оторвать клювом кусочек, смеется:
— Ха-ха-ха! Ой-ой, ну и твердое сало! Ха-ха-ха, кар, кар, кар! Вот спасибо, кто-то оставил его для меня.
Услышала лисичка крикуна, подкралась к тому дереву, где ворон сидел, да как крикнет:
— Эй!
Ворон с перепугу вместе с объедком сала свалился с дерева.
Падает и кричит:
— Кар, кар, кар! Что это с объедком?
А лисичка подхватила сало и побежала. Бежит и приговаривает.
— Ой-ой! Ой-ой!
Воронище как упал, с головой в снегу увяз.
Выбрался из снега.
Увидел, что сало его убегает, начал громко звать:
— Эй, объедок, иди сюда!
Затем полетел. Летит и говорит:
— Вот так диво! Что ж это объедок-то от меня убежал?! Как будто это мое отражение!
Потом совсем узнал:
— Конечно, это мое отражение! Верно, и мышь-то убежала потому, что моего разрисованного лица испугалась.
Жили старик со старухой. У них не было детей и было всего два оленя, которые паслись на длинной веревке тут же возле яранги, чтобы не убежали в тундру. Много детей было у соседей, и старик со старухой завидовали им. Однажды соседи откочевали, и тогда старик со старухой совсем заскучали.
Старик сказал старухе:
— Бей в бубен!
— Я не могу удержать бубен в руках.
— Я буду держать бубен, а ты бей! — сказал старик. — Хотя мы уже и не сможем бить так, как в молодости.
Так они и сделали, и старуха стала бить в бубен. На звон пришли черти — келэ.
— Что тебе надо от нас, старая? — спросили они.
— Мы со стариком хотим сына.
— Сделайте два деревянных тюленя и бросьте на пути, когда будет проходить караван чертей.
Наутро старуха варит чай, а старик делает тюленей. Сделал старик тюленей, положил под подушку и не успел напиться чаю, как услышал шум каравана. Идет мимо яранги караван чертей. Бросила старуха на дорогу деревянного тюленя, и остановился весь караван. Тогда келэ закричали:
— Уберите тюленя с дороги!
— Нет, не уберем!
— Уберите, тогда будете быстро бегать!
— Нет, нам не надо быстро бегать, мы уже старые.
— Тогда я обогащу вас!
— Нет, не надо, мы уже старые.
— А что же вы хотите?
— Сына!
— Ну, ладно. Только у меня большие сыновья, если дам, убегут от вас. Лучше попросите у келэ Сэкена, у него есть маленькие.
Убрали с дороги тюленя, и пролетел караван келэ. Подходит караван келэ Сэкена. Бросила старуха тюленя на дороге, остановился весь караван, и начали передние олени топтать Сэкена.
— Уберите с дороги тюленя, — кричит Сэкен, — будете бегать, как молодые!
— Не надо!
— Я обогащу вас!
— Не надо!
— Так чего же вы хотите?
— Сына!
Повел Сэкен их к нарте, где ехали дети. Хотел Сэкен дать того, который только что начал бегать.
— Нет, — сказали старик со старухой, — он убежит.
Сэкен хотел дать им ребенка, который умеет сидеть.
— Нет, мы возьмем только того, у которого еще и пупок не отпал! — и старуха унесла мальчика к себе в ярангу, а старик убрал тюленя, и караван Сэкена ушел.
Мальчик рос день и ночь.
Когда ему стало два года, он ушел спать к оленям и приходил в ярангу только днем.
