Нападавшие приближались. Положение оборонявшихся стало катастрофическим. Осознав безнадежность дальнейшей обороны, они побросали оружие и с поднятыми руками вышли из укрытия. Они сдались.
От группы нападавших отделились два человека и прибились к ним. В последний момент, когда до сдававшихся в плен оставалось не более десяти метров, они неожиданно вскинули автоматы и в упор их расстреляли. Было жутко смотреть, как в эпилептической пляске смерти корчатся и извиваются тела людей, обманутых в своей последней надежде.
Когда с защищавшимися было покончено и пространство ангара окончательно было очищено от противника, на Егора, Александра и Веронику наконец обратили внимание. Несколько человек направились в их сторону. Шли они быстро, уверенной походкой победителей. Впереди шел Гарик.
Приблизившись к пленникам, он сделал знак своим парням, чтобы помогли им подняться и развязали руки.
— Проблем из-за вас. — произнес он своим невыразительным голосом так, что понять, шутит он или нет, было невозможно.
Услышав такое заявление, Мельников вспылил. После перенесенных испытаний нервы его сдали.
— Да пошел ты, придурок! Ты и твой гребаный босс! Из-за вас мы чуть не погибли!
— Тихо, Саша, — остановил его Егор и, уже обращаясь к Гарику, добавил: — Мой друг просто хотел сказать, что проблемы не из-за нас, а из-за вашего груза. Не стоит его слова принимать всерьез. Мы слишком многое пережили, нервы сдают. Надеюсь, это понятно?
Гарик промолчал, видимо понял, что сказал глупость.
— Ладно, пошли. Куда?
— Шило хочет с вами говорить.
— Сейчас?
— Да.
Он развернулся и двинулся к выходу из ангара. Его люди подхватили под руки недавних пленников и повели следом. Поддерживали они их или подталкивали, разобрать было трудно. Скорее, все вместе. Возражать против подобной бесцеремонности не было сил. Да и к чему?
Тем временем на недавнем поле сражения шли интенсивные уборочные работы. Отложив оружие, несколько бандитов тушили пожар, другие — собирали и носили в рефрижератор трупы, третьи — охраняли. Видимо, они решили за собой основательно убрать, чтобы не осталось никаких следов.
Джип Шилова стоял за углом, укрытый кирпичной стеной от шальных пуль. Возле него дежурили двое крепких парней с автоматами наготове. Самого авторитета за тонированными стеклами видно не было.
— Залазь, — скомандовал Гарик. — А вы, — он указал на Александра и Веронику, — подождите тут.
Мельников хотел возразить в ответ, сказать что-то не очень цензурное, но Егор его успокоил:
— Не шуми. Не нужно сейчас. Лучше сделайте, как они требуют.
— Ладно, — уступил Александр. — Не задерживайся долго: Веронике очень плохо.
Егор открыл дверцу джипа, в нос ударил резкий запах сигары. Посреди рыбного смрада, гари и пороховых газов он показался таким же приятным, как аромат благовоний посреди помойной ямы. Вдохнув его, он только сейчас вспомнил, что давно не курил.
Шилов верно расценил значение красноречивого взгляда, поэтому предложил:
— Закуривай.
Взяв протянутую сигару, Егор прикурил от золотой зажигалки и с неописуемым наслаждением втянул в легкие дым. Табак оказался превосходным. Лучшие марки сигарет, которые доводилось курить раньше, не шли с ним ни в какое сравнение и выглядели древесными опилками.
— Я хочу знать, как это произошло? — дав Егору минутную передышку, спросил Шилов.
— Все случилось так быстро и неожиданно, что мы не успели даже ничего понять. — вздохнул Шувалов и поведал историю похищения и пребывания в плену.
Шилов внимательно слушал, не перебивая и боясь упустить хотя бы одно слово. Всякий раз, когда упоминалось имя Лысого, лицо его искажала гримаса. То ли отвращения, то ли ненависти — в темноте разобрать было трудно. Лишь после того как Егор закончил, он дал волю своим эмоциям:
— Волчара позорная!.. Выкормыш плешивый! Сука! Он у меня дерьмо жрать будет, землю под ногами лизать. Что удумал, педик вонючий, меня, Шилова, поиметь! Не по зубам кусок отхватил, падла, подавится. Клянусь, подавится! — сквозь зубы процедил Шилов и до хруста в суставах сжал кулаки, при этом смяв сигару. — Но как он узнал?
Егор пожал плечами:
— Говорил, что выследил.
— Врет гаденыш! Ума не хватило бы. Кто-то навел. Вычислю — удавлю собственными руками!
— Ваше дело.
— Да, ты прав. Это уж мое дело. Ты свое выполнил, Егор. Я тебе благодарен. Можно сказать, что Стас Шилов — твой должник. А он, поверь мне, долги свои оплачивает всегда.
— Не стоит. Я всего лишь выполнил свою работу. Теперь, наверно, контракту конец?
— Почему? — удивился Шилов.
— Груз испорчен.
— Как? — насторожился Шилов. — Какой груз?
— Рыба. Ее разморозили, она начала тухнуть.
— Ах, рыба. Ничего. Найдем новую.
— Но.
Никаких «но»! Твоя задача — довезти рыбу и икру в Румынию, и ты довезешь. Не так ли? Остальное тебя не касается.
Егор хотел что-то возразить, но в последний момент передумал и только кивнул:
— Хорошо. Конечно. Мы сделаем.
— Вот и прекрасно! И никаких вопросов.
— Да, никаких.
— Правильно рассуждаешь, Егор. Возможно, далеко пойдешь, — Шилов похлопал Егора по плечу. — Ты довольно сообразительный для простого дальнобойщика. Не разочаровывай меня.
