Не мешкая, потянула Ласкана в центр зала. Только мы достигли цели, как грянул синер – откровенный танец, что запрещен при дворе, но на таких мероприятиях он был частью торгов. С помощью сексуальных движений тела можно поднять цену на товар и привлечь больше покупателей. Раз объявили танец, значит, игра началась.
– Началось, – тяжело выдохнула я, что дало отмашку всем конкурсантам.
Не выходя из живого круга, который образовали избранные дворяне, мы повернулись друг к другу и встали в изначальную позицию. Дождавшись окончания проигрыша, я резко двинулась на Ласкана, высоко подняв руки и плавно выписывая бедрами восьмерку. Ласкан же, наоборот, уходил от меня, опустив руки и отводя плечи по очереди назад. Его отступление было грациозным, будто настороженная кошка уходила в оборону. Он вытягивал носки, при этом подволакивая ноги, из-за чего создавалось впечатление скольжения. Как только я настигла беглеца, пуская руками волну и ускоряя шаг, феникс тут же ушел в глухую оборону: предплечья скрещены перед самым лицом, а ладони открыты и смотрят за спину юноши, одна нога чуть согнута в колене, другая стоит неестественно прямо, готовая вывернуться в противоположную от сустава сторону от напряжения.
На самом деле феникс был до неприличия расслаблен. Но каков красавец, так изобразить сложную позу, будто готов умереть от изнеможения после танца. Я даже слегка улыбнулась. Мне ответили озорным прищуром. Лицемер.
Я резко выкинула руку, стремясь коснуться лица партнера сквозь выставленную преграду. Меня остановили. Поймав мою ладонь в свои, Ласкан замер на мгновение, потом резко дернул меня на себя, протягивая в каком-то таре от затянутой в белый колет груди. Закручивая уже за своей спиной, отпустил меня, вставая боком и делая опору на заднюю ногу. Сильно мучить себя не стала, поэтому продемонстрировала легкое вращение и остановилась зеркальным отражением феникса.
Пока танец продолжался, я успела приметить обезумевший от страсти взгляд советника и парочку весьма заинтересованных от прочих гостей. Причем неизвестно, кто больше привлек внимание высшего света: Ласкан или я. Уверенной можно было быть только относительно Альсакора.
Музыка сменила нарастающий темп на одномерный, плавный с агрессивными нотками. Теперь наступала совместная партия, и тут были огромные проблемы. Танец страстен, жарок и требовал множества касаний, в том числе слегка грубых поддержек и подхватов. А как мы знаем, птичка выдержит лишь пять таких напористых прикосновений, и прости-прощай физическая оболочка, а вместе с ней и весь наш план. То, что мы начали демонстрировать после бесконтактного жаркого вступления, больше походило на двух девственников, доказывающих своему партнеру, что он опытный развратник и искусен в постельных утехах. Мы только обозначали движения, будто носами тыкались, выдавая это за спальные отношения. Смех сквозь слезы, по-другому и не скажешь.
Или я хорошенько приложусь грудью о Ласкана, или на торгах нам не жить! Прости милый, у советника в покоях будешь выкручиваться, а сейчас нам придется израсходовать все твои пять дозволенных прикосновений. И использовать их на полную катушку. Готовься, птичка, так тебя еще ни разу в жизни не домогались!
– Светлые мечты! Вот и воздаяние за грехи! – тихо всхлипнул брюнет, ощущая всю гамму непередаваемых чувств, что рождали мои уверенные прикосновения к его обнаженной груди.
Да-да, мне пришлось сорвать все пуговицы мощнейшим рывком, чтобы вырвать нам бонус, открывая чуть больше, чем планировала. Это вернет нам конкурентоспособность. А то нас уже мысленно вычеркивали из списка товаров все присутствующие, кроме советника. Этот неизменно облизывал всего Ласкана холодным взглядом. И вроде страсть там нешуточная полыхала, а в глазах все равно был лед. Бр-р-р!
– О светлые мечты! – чуть громче, чем раньше, порывисто выдохнул феникс в тот момент, когда я плавно стекла вниз, всей спиной прижавшись к нему.
Голова моя была повернута в сторону, и от этого левая щека легонько затрагивала кожу груди, скользя все ниже. Поравнявшись с нагим животом, я не удержалась и слегка подула за пояс брюк, обдавая теплым дыханием живот феникса. Как он вздрогнул! Я даже перепугалась, что потеряет концентрацию и впадет в очередную истерику, но нет, сдержался. Думаю, я первая, кто так настойчиво лапал его сиятельную особу. Еще бы у него шока на почве страсти не случилось. Я бы даже обиделась, не среагируй он столь бурно. А так и самолюбию приятно, и вся верхушка нас уже догола в мечтах раздела и всякой пошло-сладкой дрянью медленно обмазывала, чтобы вкусить эту гадость с наших разгоряченных тел. Аж передернуло от этих алчно-жаждущих лиц, на которых все-все пошлости их скудного ума отражались.
– Один, – шепнула одними губами в услужливо подставленное для ласки ухо.
Даже если кто-то и прочитал по губам, что сомнительно, им было невдомек, о чем это я. А вот Ласкан понял. Минус одно прикосновение. Ведь несмотря на нежное скольжение щекой, я предварительно жестко прошлась ногтями по груди и ногам, для пущего эффекта, так сказать.
