– Откуда ты знаешь? Может, она жива? Значит, вот какой ты друг! – оборотень рычал, взрывал воздух своим тяжелым дыханием, но не добился той реакции, которую хотел от первородного.
– Ласкан, вставай.
– Да… – тихо прошептал феникс и, поднявшись, пошел вслед за эльфом.
– Вы что, сдались? Одна неудача, и вы даже не ищите ее! Она ведь может истекать кровью на дне каньона, а вы просто уходите! – Руки оборотня от злости частично трансформировались. Он был готов порвать тела бывших товарищей в клочья за то безразличие, что они демонстрировали.
– Ласкан же сказал, ее души нет в расщелине. Она мертва.
– Почему ты так в этом уверен?
– Он феникс, он чувствует ее везде. В отличие от тебя, Ласкан знаком с Даной не одну сотню лет. Если хочешь провести последние дни до прихода карателей в бессмысленных поисках, то пожалуйста. Ты можешь облазить хоть весь каньон, но найдешь лишь ее труп, в лучшем случае. Мы же идем в обход. Теперь можно ускорить темп, банши лишь замедляла нас.
Феникс всхлипнул, незаметно вытирая злые слезы рукавом серой рубашки. Каждый понимал, что если они полезут за телом Даны, то сломаются окончательно, и смерть от рук карателей будет избавлением. Но был еще мир и обязанности перед ним. Широ знал, если хоть оглянется на этот демонов разлом, то спрыгнет туда без колебаний, и плевать на мир и долг. Он уже потакал однажды своей жалости, больше этого не должно было произойти. Возможно, он умрет внутри, стоит сделать шаг прочь, но и жизнь больше не была ему так уж важна. Остались только обязанности. Только они держали его помертвевший разум от полного помутнения. Сдержанность эльфов сейчас была как нельзя кстати.
– Ласкан не сможет идти быстро, – уже спокойно выдал свои умозаключения оборотень.
– Ошибаешься. Он не уступит в выносливости даже мне.
Феникс кивнул, подтверждая слова эльфа, и они все трое перешли на бег.
– Спрячь когти. Не заблуждайся, оборотень. Наша боль в тысячи раз превосходит твою. – Губы Широварта конвульсивно дернулись, после чего поджались. – У нас будет время скорбеть, а сейчас лучшее, что мы можем для нее сделать, это выжить.
Алкай пораженно уставился на два безэмоциональных лица рядом с собой, и только боги ведали, скольких сил им стоило сдержать надрывный крик своей души.
Широварт ла Эк
Я крепко, на грани нестерпимости, зажимал теплые уши малышки. Желание вдавить Су в себя, слившись с ней воедино, тем самым прекратив ее страдания, было огромным. Каждый всхлип я ощущал своей твердой грудью. Каждый надрывный вздох содрогал ее тело, пуская вибрации по моему. Звук каждой упавшей слезы разрывал мне душу, отдаваясь гулкой болью в сердце. Оно пропускало удар, когда очередной вскрик, ознаменовав крайнюю степень отчаяния, срывался с губ моей любимой, чтобы снова начать свой бешенный бег в ожидании конца этой пытки.
– Су, спи, хорошая моя. Просто закрывай глаза и спи. Не слушай его.
Я нашептывал разные глупости, вроде этой, в затылок своей девочки, шевеля губами каштановые волосы и обдавая их теплым дыханием. Конечно, она не слышала меня, но по движению моих губ на своей коже все же могла распознать мои слова. Этому я ее еще на первом году обучения научил. В тайных операциях полезное умение. Очень помогает незаметно переговариваться.
Месяц уже в полную силу освещал далекую землю, а я продолжал успокаивать свою девочку. И вдруг выяснилось, что мучитель Су, это мучительница. Нам крупно повезло, что с сильфидой мы смогли договориться. У меня просто камень с души скатился, когда банши тихо и мерно засопела, уткнувшись носом мне в грудь. Я облегченно выдохнул.
– Что тебе от нее нужно? – не таясь, задал самый правильный вопрос в данной ситуации.
– Память… С-с-с… – довольно громко ответила мне пустота. Благо все уже видели десятый сон и не могли ее слышать. Особенно банши. Ее вообще как обухом по голове приложили. Мгновенное погружение в глубокий сон. Вымоталась.
– У нее нет того, что ты ищешь, – уверенно, не допуская сомнений в своих словах, отрезал я.
– Хи-хи… Ес-с-сть…
Ликанова душепийца! Знал же, что сильфы опасны. Эти духи воздуха далеко не простые ветерочки. Мало того, что мужские особи с легкостью читают мысли, так сильфиды и вовсе способны покопаться у тебя в голове, превращая мозги в коктейль из разрозненных мыслей и воспоминаний. Самые яркие моменты жизни сильфида выпьет, как вампир кровь, насытившись на ближайший месяц, да еще и сильфам доступ откроет, полакомиться остатками, так сказать. Вот только не все существа подходят этим паразитам. Многие расы, например, фениксы и эльфы, имеют врожденную ментальную защиту. Такие преграды не силу под преодолеть духам воздуха. Они могут только сломать свои зубы и когти об эту стену. Другое дело оборотни. Алкай наполовину зверь, а в такую враждебную среду, как животная психика, ни одна здравомыслящая сильфида не полезет. Вот и осталась единственным уязвимым пятном моя банши. Магии-то в ней отродясь не водилось.
– Ее воспоминания повреждены и запечатаны. Мой тебе совет, не лезь к банши в голову, сойдешь с ума, – и я не шутил.
