— Это след от запрещенного темномагического заклинания. Еще никому не удавалось выжить, попав под него… Кроме тебя. Гарри, в магическом мире ты невероятно знаменит. Тебя называют Мальчиком-Который-Выжил и считают символом победы. Ведь именно после смерти Темного Лорда закончилось Смутное Время, и в стране воцарился долгожданный мир.
— Теперь я понял, — серьезно кивнул пацан и тут же пояснил: — Недавно в магазине ко мне подходили очень странные люди. Называли 'мистером Поттером', благодарили за что-то, рассматривали шрам… Я думал, что они психи, а это, оказывается, волшебники были!
Я развел руками:
— Увы, Гарри, таковы издержки известности. И тебе еще предстоит свыкнуться с тем фактом, что для некоторых магов ты являешься кумиром. Героем, в младенчестве одолевшим могущественного Темного Лорда. Понимаю, звучит глупо, но многие всерьез в это верят.
— И даже не догадываются, что спасителю Магической Англии приходится жить в пыльном и темном чулане! — буркнула МакГонагалл, не удержавшаяся, чтобы не вставить свои пять кнатов.
— Минни! — строго посмотрел я на профессора.
— А куда мне его еще оставалось девать?! — зло парировала Петуния. — Ведь эти… странности даже во сне приключались! Игрушки сами собой летали, стены перекрашивались, конфетные фантики превращались в бабочек. Оставлять его рядом с Дадли было попросту опасно, а в чулане мальчик никому не мог навредить!
— Кроме себя самого, — сухо произнес я, сверля глазами миссис Дурсль. — Петуния, я был уверен, что именно ты сможешь позаботиться о Гарри лучше прочих. У тебя же имеется опыт жизни с младшей сестрой и понимание, как именно нужно обращаться с маленькими одаренными детьми… Но, видимо, я ошибался, поскольку сейчас прекрасно вижу, что вместо любви и заботы мальчик получал в этом доме страх и недоверие. Он оказался в положении дикого зверя, которого опасаются и предпочитают держать в клетке. Это печально. Ты считаешь, что волшебники выбросили сироту, как ненужную вещь, а вот я думал, что поступаю правильно, вручая Гарри самым ближайшим родственникам. Ты говоришь, что мы подкинули ребенка, как собаку, но я всего лишь хотел минимизировать хлопоты, сопутствующие получению официальных документов. И вам с Верноном не пришлось врать полицейским и сотрудникам органов опеки о неожиданном появлении племянника, а придуманная вами много лет назад и уже опробованная на любопытных соседях версия о секте, в которой состояла Лили, объяснила все странности и избавила от лишних вопросов. Насчет корзинки замечу, что на нее я лично накладывал мощный комплекс защитных чар, которые уберегли бы Гарри от любых опасностей, включая погоду и бродячих животных. Помимо этого рядом с вашим домом дежурила Минерва, так что мальчику точно ничего не угрожало. Ты спрашивала, почему я решил ограничиться коротенькой запиской, вместо того, чтобы подробно рассказать вам, как погибла чета Поттеров? Но ответь честно, вы бы приняли Гарри в свою семью после того, как узнали, что он поневоле стал причиной гибели кровожадного маньяка, сообщники которого еще находятся на свободе и вполне могут решиться на месть?
Растерявшая всю свою ярость миссис Дурсль отвела взгляд.
— Я так и предполагал. Напоследок хочу отметить, что в магическом мире у мальчика имеются дальние родственники. Многие друзья Лили и Джеймса также хотели бы принять участие в жизни их сына, однако я решил скрыть Гарри ото всех, чтобы обеспечить вашей семье максимальную безопасность. И мне это удалось. Вас не беспокоили толпы фанатов Спасителя Магической Британии, вам не пришлось общаться с бесчестными политиками, стремящимися использовать славу героя в своих махинациях, вас не смогли найти Пожиратели Смерти, ужасно расстроенные падением своего Темного Лорда. Вы успешно избежали опасностей, даже не догадываясь об их существовании! И только сейчас, когда страсти улеглись, всех ярых сторонников маньяка отправили за решетку, а судьба Мальчика-Который-Выжил уже не представляет интереса для властей, я решил прервать эту вынужденную изоляцию. Ведь Гарри нужно учиться, развивать свой дар, постигать основы…
— Забирайте! — резко и зло выдохнул Вернон.
— Что, простите? — переспросил я, сбитый с мысли.
— Забирайте мальчишку, если он вам так нужен! И забудьте о нашем существовании! Я не желаю больше видеть ненормальных в своем доме!
— Дорогой! — воскликнула Петуния. — Что ты такое говоришь?!
Повернувшись к супруге, толстяк твердо заявил:
— Петти, так будет лучше для всех! Родная, я прекрасно помню твои рассказы, я помню выходки дружков твоей сестры, едва не сорвавших главное событие нашей жизни, я помню ужас в твоих глазах, когда в отместку за отобранную Дадли игрушечную машинку мальчишка взорвал наш старый телевизор. Да, я позволил тебе делать все, что заблагорассудится, не вмешиваясь в воспитание маленького монстра, но уже тогда мне было ясно, что твои усилия напрасны. Мальчику суждено стать таким же ненормальным, каким был его папаша. А волку не место среди овец. Пусть забирают его в свою стаю, и оставят нас в покое!
— Но…
