— Так ты к своей бабке отвези эту картину, — предложил неожиданно товарищ. — Так и решишь вопрос с этой мазней!
— Ей ты, поосторожней выбирай выражения! — разозлился Коля на неосторожные слова соседа по общаге, сжав ладошки в кулаки, при этом вид у него был устрашающий. — Это не мазня, а великий шедевр человечества! — Парень взял Антона за шиворот рубашки, готовый его испепелить не только своим гневным взглядом, но и придушить своими здоровенными ручищами, если эдакое понадобиться. — Понял меня, друг!
- Да, понял, я понял! — от страха еле вымолвил бедный малый, который доходил своему соседу по комнате еле до его жилистой, накаченной груди. — Не дурак этак! Хватить меня трясти, дружище! — Антон попытался как-то смягчить разгневанного парня, держась за его руки, чтобы тот его не удушил в приступе гнева.
- Прости, не знаю, что на меня нашло, — стал извинятся Николай за свое гнусное поведение, выпустив ткань рубашки из своих рук. — Просто мне так не понравилось, как ты назвал картину Кариночки мазней.
— А ты страшный человек! С тобой нужно поосторожней! В гневе ты так можешь и удушить своего обидчика.
Коля сел на кровать и стал смотреть на работу юной художницы, которая занимала все мысли парня с тех пор, как он ее увидел. Он никогда не верил в любовь. Считал это вымыслом сказочников, которые придумали это для невинных девиц, чтобы тем было о чем вздыхать по ночам и плакать горькими слезами в подушку. А теперь он сам был готов расплакаться в подушку, если с картиной его замечательной Кариночки что-нибудь случиться! Не как иначе, как магией он не мог назвать свои чувства к девушке. Он был на ней помешан. Каждую свободную секунду он думал о ней. Все его мысли были только о поистине прекрасной девушке, которая пленила его целиком и полностью.
— Если ты поторопишься, то сможешь улизнуть из общаги до того, как наш Бульдог закроет ставни, — услышал Николай слова друга. — И увезешь картину к бабке.
— Нет, не могу, — сказал Коля, размышляя над речью друга. — Я не могу прогуливать лекции. Ты же сам прекрасно знаешь об этом. Я же государственный стипендиат! Пропущу всего лишь одну пару — и меня быстренько лишат стипендии, которой я с таким трудом получил. Нет, брат. Это мне не подходит.
Горский был отличником и стипендиатом. Он мечтал стать хирургом и в будущем спасать жизни людей. Поэтому он очень серьезно относился к учебе в институте. Тогда поехать к бабушке он просто не мог. Разве что через три дня на выходные ему бы удалось вырваться и съездить к бабуле, чтобы отвести картину в безопасное место. А что ему было делать до того времени? Где он нашел бы такое место, куда не дотянулись бы руки Серого? И вдруг его осенило моментально! Эврика! Как он раньше до этого не додумался?!
Парень поехал к бывшей собственнице купленной им картины. Где жила девушка его мечты он узнал недавно так, как хотел ей сделать сюрприз — подарить ей цветы, когда та будет выходить утром из общежития, где она жила во время учебы в институте Культуры. Таким образом, он хотел с ней познакомиться, ведь до сих пор, как ни странно это звучит, они не были знакомы. То есть он ее знал, и даже любил тайно, но она-то его не знала, и даже не догадывалась о том, что была его тайной мечтой, о которой он по ночам вздыхал и томился от страстной любви. Почему он так долго медлил с этим? Ведь знал о существовании Карины уже как месяц. Мог уже давно с его-то внешними данными охомутать девушку, и вскружить ей голову! Просто у него не было на это времени так, как внезапная любовь припала на экзамены в институте, от которых он не мог так просто отмахнуться и загулять с Кариной, как ему бы этого не хотелось тогда. И вот теперь, наконец, у него появился такой шанс.
— Ты хочешь отдать мне мою же картину, купленную тобой? — удивилась девушка, когда к ней обратился Николай со странной просьбой. — Она ведь теперь принадлежит тебе по праву. Она так тебе не понравилась, что ты решил ее отдать художнице лично и высказать прямо в глаза свое мнение о картине? — Глаза Карины метали молнии от гнева и злости. Ее рыжие волосы разметались по ее плечам, словно горячее пламя. Она в эту минуту была похожа на Богиню Огня и Мщения. — Так зачем было ее покупать? — злобно спросила девушка, пылая от негодования на парня.
— Нет, ты меня не так поняла, — стал оправдываться парень, впервые робея перед девушкой. Ему не было ведомо это чувство до сих пор так, как ни одна девушка не вызывала в нем подобные чувства, которые пробудила в нем старшекурсница. — Я лишь на время хочу ее тебе отдать. Через несколько дней я ее заберу обратно. Мне надо просто срочно ее спрятать от одного плохого парня.
