Дао Блаженств полностью

6 Не давайте святыни псам и не бросайте жемчуга вашего перед свиньями, чтобы они не попрали его ногами своими и, обратившись, не растерзали вас.

Д: Может, это о том, что в самом человеке происходит – внутри?

А: Оригинальная мысль.

Д: Мы же хорошо знаем, как эго может использовать наши достижения.

А: В точку, Даша. У этого афоризма есть внешний аспект и есть внутренний аспект. О внутреннем мало кто думал на всем протяжении истории христианства.

Д: Про эго ничего не знали.

А: Знали. Просто называли по-другому.

Д: Бесами, наверное, называли проделки эго?

А: Бесами. Прелестью. Эго было раздроблено на несколько аспектов: высокомерие, надменность называли гордыней, неправильное использование своего потенциала или уже имеющихся заслуг и достижений – прелестью, неконтролируемые эговые спазмы и разрушительные импульсы – бесами, внутреннюю фрустрацию и борьбу эго с другими психическими силами – искушениями и так далее. Все это собрать воедино, видимо, не было возможности. Хотя и говорили о «внутреннем человеке», о «падшем естестве» (собственно, это и есть эго). В общем-то, церковный понятийный аппарат достаточно разветвлен, сложен и разнообразен для того, чтобы можно было выразить с его помощью любую психоаналитическую мысль. Я думаю, что христианство не достигло некоторых вершин и переживает сейчас кризис только по одной причине: потому что были и остаются табуированные, запрещенные темы: например, тема пола или сексуального взаимодействия и прочие.

Шестой стих довольно сильно противоречит многим позициям исторического христианства, например, активному проповедованию слова Божьего в таких местах, где народ был явно к этому не готов. Почему Иисус говорит одно, а сам делает по-другому, и ученики Его вслед за Ним? А может быть, в Его словах и поступках нет противоречия – просто мы не понимаем?

Здесь требуется небольшой исторический экскурс: все предыдущие религии подразделялись на две части – внешнюю и внутреннюю, экзотерическую и эзотерическую. Термины эти были изобретены довольно поздно: их впервые употребил Аристотель, и при этом в весьма банальном контексте – так он разделял лекции для широкой публики и лекции для своих учеников. Но все религии – египетские, греческие, шумеро-вавилонские – имели строгое деление на веру для простонародья (которая ничего особого от человека не требовала, кроме почитания, послушания и принесения материальных жертв) и таинства, предназначенные для узкого круга посвященных. Очень часто знания об этих таинства не доходили до потомков по той единственной причине, что наказанием за их разглашение служила смерть. В некоторых традициях это были философские, мистические посвящения, как, например, в Элевсинских таинствах. В других эти знания имели более научно-абстрактный характер, например, математика и астрономия в Вавилоне. Но всегда существовали знания, строго охранявшиеся от широкой публики. О многих из них потомки так никогда ничего и не узнали – например, о друидах.

И вот наступает время христианства. Что делает Христос? Источник света не накрывают сосудом, потому что он должен все освещать. Он ходит по Иудее, всюду проповедуя свое учение с тем, чтобы распространить его как можно шире. Его новая школа отличается от всех старых наиболее кардинально, даже не историчностью фигуры самого Христа (в отличие от умирающих и воскресающих богов античности), а пожалуй, именно тем, насколько активно Он старается донести свое учение до каждого человека – с тем, чтобы не было тайн. И вдруг на этом фоне возникает стих «Не давайте святыни псам и не бросайте жемчуга вашего перед свиньями». Я думаю, что тот аспект, о котором упомянула Даша, был очень скрытым – я не знаю, сколько человек додумались бы до того, что «свиньи» и «псы» внутри нас находятся так же, как и снаружи. Я бы обратил ваше внимание на связь между 5-ым и 6-ым стихами.

М: Меня всегда эта фраза несколько коробила, ведь Христос, который нес свою веру, никак не мог относиться к своим прихожанам, как к свиньям…

А: На это я могу тебе возразить, Маргарита. В Евангелии есть следующий эпизод: