Ворота в частоколе, смотревшие на реку, были заперты – совсем как прежде, до прихода Харальдова войска. Асвейг перешла через мост, не встретив ни души. Потом зашагала по едва заметной дороге, поднимавшейся по склону вала к воротам. Уселась возле них, укрытая от чужих глаз цепью на шее, оперлась спиной о дубовые доски,из которых были набраны створки. И, закрыв глаза, мысленно потянулась за частокол.
Чуть погодя мышка, пойманная молодой ведьмой у скотного двора, подбежала к частоколу. Замерла там, слушая разгoворы стражников, стоявших на помосте – и обсуждавших, как лучше потратить свою долю в богатой добыче.
Потом свейг вспомнила о Труди. Сестра жила тут, в этой крепости, когда Ёрмунгардсон явился отвоевывать Упсалу…
Мышка, пискнув, побежала к женскому дому – длинному строению на северной стороне крепостного двора. Асвейг приходилось гостить в Упсале, и она знала, где что стоит.
Но вот увидеть Исгерд, неспешно, без всякого страха выходившую из женского дома, свейг никак не ожидала.
Изумленная ведьма заставила мышку ткнуться в ноги Исгерд. Та остановилась. Уронила негромко, глядя на крохотный серый комок у своего подола:
– Что-то знакомое. Асвейг, это ты? Наконец-то… иди в крепость. И ничего не бойся. Я пoдожду тебя у ворот, что смотрят на храм.
В следующее мгновенье Асвейг, сидевшая у частокола, открыла глаза. Подумала – странные дела творятся нынче в Упсале. Харальд здесь, но Исгерд спокойно ходит по крепости…
Значит, что бы тут ни произошло, это на руку воргамор.
Она быстро взглянула на далекие заросли по ту сторону реки, где осталась Брегга. Затем зашагала по склону вала.
Чуть погодя Асвейг с Бреггой уже сидели в женском доме. И слушали Исгерд.
– Так Упсала стала принадлежать Ёрмунгардсону. - Вдова Гунира усмехнулась. – потом сам Ёрмунгардсон стал принадлежать Труди. Это тоже была битва – во всяком случае, у одного из воинов точно было копье!
Асвейг недобро подумала – выходит, Харальд теперь послушней теленка…
Но мысль эта попахивала разочарованием. Кому теперь мстить? Скотине не мстят. У отродья Змея осталась только жизнь, но даже она принадлежала его хозяйке, Труди. Все остальное он потерял – свободу, разум, сына, жену.
т мыслей о Харальде рука и грудь Асвейг, по которым когда-то прошлись его пальцы, болезненно заныли. Она поморщилась, потерла ладонь.
– А как именно Труди очаровала Ёрмунгардсона? - с любопытством спросила Брегга.
– Спросишь об этом потом, - бросила Асвейг. - Скажи, Исгерд, почему Фрейя здесь – однако другие боги не могут вернуться? Что такого Харальд прокричал…
Исгерд нахмурилась. Проговoрила медленно:
– Дело не только в словах. Дракон – это в первую очередь взгляд, а потом уж слово. Так сказала мне Фрейя. Не зря она пряталась от него за частоколом. Харальд, обернувшись драконом, пожелал, чтобы боги не могли жить и дышать в чужих телах. Ещё и взлетел повыше, чтобы видеть богов сверху. И слово дракона отрезало асам путь назад, в наш мир. Но на крепость он не смотрел. К тому же был далеко. Поэтому взгляд дракона в ту ночь не коснулся Фрейи. И она, единственная из всех, может приходить сюда и жить в теле Труди.
– Выходит, боги знали, что на глаза дракону попадаться опасно? – Асвейг едва заметно приподняла брови.
– А что им было делать? - Исгерд поала плечами. – Даже колдовство Нъёрда не действует издалека. Ему пришлось войти в тело хозяина драккара, чтобы оказаться прямо над Мировым Змеем – и заморозить его. Победу не добудешь, держась в стороне… это касается даже богов! К тому же асы надеялись на дар берсерка. Его подсовывают всем драконам, чтобы держать их на привязи. Кровавая ярость берсерка и черная холодная ненависть дракона – разные силы. Ярость жарче, она высасывает из ненависти силы и пляшет на её костях. Однако в ту ночь дар берсерка аральда не удержал. Может, все дело в том, что он прожил на земле слишком долго,тридцать два полных года…
Исгерд вдруг замолчала и быстро оглянулась на дверь. Уронила:
– Ваша сестра идет. Она хотела сама послушать, что вы расскажете о спасении из Йорингарда. И она обязательно спросит, где вы пропадали эти восемь дней. Будьте с ней почтительны. Отвечайте, но не спрашивайте!
Асвейг промолчала, Брегга размашисто кивнула.
Из-за двери опочивальни уже доносился легкий топоток. Створка распахнулась, влетела улыбающаяся Труди. Следом за ней порог переступила Свала.
– О, Брегга! Асвейг! – выкрикнула младшая сестра. - Как я рада, что вы здесь! Наконец-то я вижу ваши новые лица… Исгерд рассказала мне об этом,и я все мучилась, все думала, какими вы стали! А еще она сказала, чтo искала вас на холмах после штурма Упсалы, но не нашла! Где вы были?
свейг, уже вставая с сундука, спокойно проговорила:
– Я тоже рада видеть тебя, Труди. Нас опять утащили под землю.
Младшая сестра порывисто обняла Асвейг, потом чмокнула в щеку Бреггу, тоже поднявшуюся с сундука. Сказала все так же весело – только голос её немногo изменился, став ниже, бархатистей:
– Тогда нам есть о чем поговорить. Я хочу знать все! И начните с Йорингарда! Что там случилось?
