Антей вырвал меч из трупа, который удерживал за горло, поймав прыгучую тварь на лету. Не первый ее прыжок, но самый неудачный. Один из прошлых окончился куда более удачным тычком кинжала в сочленение брони Волка. Там до сих пор чувствовалось неприятное жжение. Осмотрев повреждение, Антей коротко бросил в вокс-сеть предупреждение о яде, но эта фраза была дежурной. Сигурд снабдил тех, кто еще не встречал таких противников, богатой информацией.
Обернувшись, Волкодав встретился взглядом с Хеймиром. Тот как раз добил одну из остроухих тварей, найдя ее в груде тел. Прирезал ксеноса он с выражением отвращения, и Антей его отлично понимал. Это по его просьбе Сигурд удерживал мальчишку возле себя, и потому тот не оказался здесь раньше, пока противники не разбежались, но у него будет еще шанс.
Сигурд знал причину этой просьбы, но лишь неодобрительно качнул головой. Знал и Хендваль. Его руки дрогнули, когда он принял снятый Антеем псионический ошейник, и Волкодав глубоко вдохнул прохладный предутренний воздух, несущий запах крови и гари.
Болезненная потребность охотиться была в крови, словно зависимость, и противиться этому вечно он не мог. Спеша скрыться от собратьев, он ринулся в переплетения разрушенных строений. Их было лишь двое, они выбрали это место как самое далекое от прочих мест высадки, чтобы зверя не заметили легионеры.
Хендваль, проверив оружие и сильно рискуя, остался дожидаться старшего вожака. Он сознательно отказался от участия в первых атаках, зная, что Антею может понадобиться помощь. Он будет следить и ждать, во что бы то ни стало. Защита волку не понадобится, но потом кто-то должен будет вернуть ему это сомнительное украшение, которое было таким неприметным в руках Астартес, но таким, Хендваль знал, тяжелым бременем для Волкодава. Но здесь, как нигде, он был необходим. Зверь рвался на волю, чуя кровь, и сдержать его может только эта вещь.
Когда над развалинами пронесся жуткий звериный рев, Хендваль, почти забывшись, чуть было не ответил. Он не мог не ответить, когда вожак призывал на бой свою Стаю, но из всей Стаи здесь был лишь один легионер, и ему нельзя было высовываться. В этом месте, в это время, свой ход должно было сделать порождение Варпа, и только оно одно.
Рунный Жрец мгновенно почуял, как взволновался Океан Душ. На псионический вопль не могли не обратить внимания ксеносы. Вызов был брошен, к тому же они были любопытны. Дикий рев сменился глухим рычанием и скрежетом, которое стало быстро удаляться. Зверь что-то почуял и бросился за добычей.
Хендваль нашел среди разрушенных стен нишу, в которой его никто не смог бы обнаружить без помощи ищеек, и устроился в ней. Он закрыл глаза и сделал несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться. Сопротивление воле Кровавого Волка стоило очень дорого. Почти насилием над собой было оставаться на месте, но превыше всех желаний для Астартес всегда оставался долг. Рунный Жрец остался на месте, став словно бы частью стены.
Ждать пришлось долго. Почти сутки Хендваль не видел своего вожака. Слышны были вопли ужаса и боли и дикий вой, да ощутимая рябь, пробегавшая по сознанию, говорила о том, что охота еще не завершена.
========== Глава 48 ==========
Капризно скривив губы, ведьма наблюдала, как ее подручные старательно вскрывают тайник, битком набитый мясом для своих и ее ножей.
Собственно, пока что это все же было убежище для рабов далекого Императора этого скота, но рано или поздно сдастся даже такая мощная преграда, как эти бронированные створки. Тогда все они смогут насладиться еще одной толикой страха – смертные на поверхности уже почему-то кончились и не торопились появляться вновь, бросив на произвол судьбы этих вот жителей.
Ведьма облизнулась – она чувствовала, что оставалось еще совсем немного. Ее чувства тянулись к объекту вожделения, напряженные, будто она сама стоит там, у створок. Она была слишком сосредоточенной, катая носком высокого сапога камушек вперед и назад, потому не сразу осознала, что вокруг что-то не так.
Обернувшись, она огляделась, но вокруг не было ни души, кроме тех, что пришли с ней. Ищейки тоже были относительно спокойны - они пускали слюни возле входа в укрытие.
И все же…
Многие годы она посвящала себя совершенствованию способностей, потому, в очередной раз, почуяв словно бы дыхание легкого ветерка – оглянулась и положила ладони на рукояти двух длинных кинжалов из вороненой стали. Возле гард тут же набухли бионические железы, вырабатывающие яд, и, как только оружие покинуло ножны, медлительные маслянистые капли потянулись к остриям.
Ей что-то померещилось между обрушенными и частично раскатившимися кусками стены. Какой-то камешек слабо сдвинулся или что-то мелькнуло – она восприняла лишь след. Что бы там ни было, оно очень и очень быстрое. Мон’кеям не дано так двигаться. Даже для космодесантника это тоже слишком …
