Он шел, стараясь не привлекать внимания, высоко подняв ворот, чтобы скрыть мягкое сияние псионического украшения, стараясь, чтобы никто из попадающихся на его пути не догадался о произошедших изменениях. Его мысли были для Аскафера как на ладони – Волк хотел пробраться на пусковую палубу и украсть один из челноков – скорее всего «Грозовую Птицу» – он лучше их изучил и чаще управлял ими, хотя и не так часто, как хотелось бы. Несущие Слово не смогут не заметить несанкционированного запуска, и, либо собьют челнок, либо… Лететь было особо некуда, он не представлял, где они оказались, но главной целью было убраться подальше от этой космической тюрьмы.
Демон выпустил когти и царапнул – скорее игриво, или проверяя готовность Волка отразить внутреннюю атаку. Само собой - он был не готов, но ошейник крепко держал тварь в узде, и та сделала вид, что ей не интересны эти игры.
- Ты ведь понимаешь, что тебе не уйти? Даже если ты доберешься до ангара – кто позволит тебе покинуть корабль? Тебя пристрелят прямо там, снимут ошейник, и ты станешь моим. Еще одна смерть, Антей, и все закончится. Нет смысла бежать, и нет шанса.
Не отвечая, Волк зарычал, продолжив свой путь. Он осторожно выглянул за переборку посадочной палубы. Здесь было довольно безлюдно. Лишь несколько сервиторов выполняли свои задачи. Стыковочные опоры были подтянуты, но ворота ангара были открыты, и через пленку силового поля, по которой изредка пробегала серебристая рябь, были видны очень мелкие звезды.
Демон прокомментировал и это.
- Как думаешь, случайно ли здесь никого нет? Или о тебе снова позаботились?
Это был риторический вопрос. Волкодав знал, что в его жизни не было случайностей. От отчаяния он тихо застонал.
- Ну что? Может, все же сдашься?
Низко пригнувшись, стараясь двигаться как можно незаметнее, Антей метнулся в тень одного из кораблей. Изуродованное тело не могло двигаться с желаемым проворством, а обрывки цепей, сросшихся с плотью, немилосердно жгли, но куда хуже было то, что они негромко позвякивали, а на пол стекала сукровица неправильно-грязного цвета. Не оставлять следов, как он привык, не удавалось. Усталость сжирала последние крохи сил, но вперед его тащила абсурдная воля. Просто движение ради движения. Не принимать смерть в покое, сопротивляться до последнего и чуть дольше.
На самой посадочной палубе было мало «Птиц». Они в основном находились на удерживавших их захватах, располагавшихся в тоннеле ангара. Не было смысла лезть туда – они деактивированы, и вручную их системы не оживить.
Здесь, внизу, оставались те, что нуждались в ремонте. Всего лишь пять штук, и не было уверенности, что хоть одна из них сможет взлететь. Та, в тени которой он прятался, не имела энергетического узла, извлеченного, видимо, для замены. Пришлось переместиться дальше.
Вторая птица вовсе заканчивала свой путь. Она ожидала своей очереди на разборку и переработку.
В третьей оказалось неисправным управление активацией – двигатель взревел, но потом издавал лишь кашляющие звуки выхлопов, которые трудно было не услышать, что в очередной раз развлекло демона.
Четвертый транспорт отблескивал свежей краской цвета крови. Без единой царапины, он был словно только что облит термостойкой керамоэмалью, но впечатление было обманчивым. Это покрытие проходит своего рода закалку при высокой температуре, а потом выдерживает огромные ее перепады. Поднимаясь по опущенной рампе, Волк скривился. Внутреннее пространство было испятнано омерзительными символами предательства. На стенах были видны выплески крови. Человеческой крови.
Аскафер вновь заворочался, почуяв нечистую жертву. Антей чувствовал, как тот принюхивался, наслаждаясь.
- Они освятили этот корабль во славу Истинных Богов! Они верные и старательные сыны, и их ждет награда.
Тварь мерзко хихикнула в своей обычной манере.
- Надеюсь, ты не станешь брезговать этими небольшими украшениями?
Волкодав зарычал, но не только из-за этих слов. За запахом подпорченной крови он почувствовал и кое-что еще. Пройдя в кабину управления, он позволил себе стон сквозь сжатые зубы, демон же констатировал факт.
- Это так трагично, не правда ли. Он украден с вашего корабля. Частичка дома. Тебе здесь должно быть уютно.
Пальцы Антея коснулись краев разрубленного металла. Крест накрест две трещины пересекали волчьи головы и меч между ними. Символ верности был осквернен и большим пятном крови, которая здесь была тоже повсюду. Волчьи шкуры, которые еще лежали на креслах пилотов стали жесткими, шерсть слиплась красными сосульками.
Только одного предмета не коснулась ни одна капля жертвенной крови. Возле бокового стыка напольной решетки со стеной, видимо случайно закатившись туда, лежало нечто белое. Опустившись на корточки, Антей с трудом извлек оттуда большой волчий зуб.
Он лежал в тени, и заметить его можно было только вот так, случайно. Если после всего произошедшего еще можно было верить в случайности.
