– Это не я, – хрипло отозвалась я и отвернулась от зеркала. – Не я…
Змей ничего не ответил. Он проследил за мной, а потом тоже двинулся к столу и опустился на ближайший стул. Все асигнаторы и ученики разместились в том же порядке, как и в тронном зале. Пустовали только сидения Маврика и Клавриса.
Когда же расселись оставшиеся гости, правитель объявил начало трапезы. По бокалам разлили вино, а тарелки наполнили едой. Слуги в бело-черных одеяниях плавно перемещались между гостями, помогая господам дотянуться до желаемых блюд. И уже через мгновение стучали столовые приборы. Я же бездумно уставилась в свою тарелку, где лежали четыре маленьких кусочка мяса и овощи.
Есть хотелось сильно, однако к горлу подкатывал ком. Имела ли я право наслаждаться жизнью? Отведать изысканных королевских блюд? Кружиться в танце? Когда за стеной Сарема сражалась за жизнь Эльма. Когда тела Эрмы и Вайи гнили, превращаясь в ничто, а Мора… Мора наверняка стала жертвой Клавриса.
– Рей, – снова позвал Змей. – Ешь.
Я послушно взяла серебряную вилку и потянулась к мясу. Острые зубчики легко его проткнули, а когда подняла кусочек к губам, снова остановилась. Сглотнула вязкую слюну, избавляясь от кома в горле, и опять задалась вопросом: смогу ли я смириться со своей виной, как посоветовал Райг?
Я искоса взглянула на Змея. Зероса Белую Смерть… Он хотел забыть об этом имени. Стереть его не только из памяти людей, но и своей. Впрочем, неудивительно. Судя по тому, что мне удалось узнать о прошлом наставника, он тоже испытывал немалую вину. Интересно, смирился ли с ней он? Если да, то как? Или Змей до сих пор мучился?
Вздохнув, я отправила в рот кусочек мяса и стала жевать, совершенно не ощущая вкуса. Хотя, судя по запаху и восторженным возгласам гостей, повар постарался на славу. Овощи тоже казались бумажными и сухими. Стоило их соку наполнить рот, как язык тут же высушивался сильнее прежнего. Я потянулась к бокалу вина в надежде утолить жажду и задумчиво уставилась на бордовую жидкость.
Вино и вина… Значение разное, но слова удивительно похожие, словно люди умышленно пытались их связать. А что, если так и было? Одно должно избавить от другого или сделать только хуже? И стоило ли мне рискнуть – испить до дна бордовый цвет вины и сгореть от жара, что наполнит душу и обожжет сердце?
Я закусила губу и тряхнула головой, отставляя вино прочь от себя. Змей, заметив мое нежелание его пить, тут же придвинул бокал с компотом, будто ожидал этого мгновения. Поблагодарив наставника, я сделала первый скромный глоток, хоть и испытывала нестерпимую жажду. А чуть подождав, отпила еще – на этот раз уверенней. Стало немного легче.
До начала бала я съела не больше половины порции, когда все остальные опустошили свои тарелки. В горло кусок не лез. Стоило мне почувствовать тяжелые взгляды и вскинуть голову, как люди старательно прятали глаза и быстро отворачивались, но я все равно замечала их внимание. Поэтому большую часть трапезы я просмотрела к себе в тарелку, чтобы не видеть ничего и никого. Так проще. Так спокойнее. Так правильнее.
Постепенно, насытившись, люди стали подниматься со своих мест. Подсаживаться к тем, кто был им интересен, заводить беседу и просто прогуливаться по расписному полу залы. Захмелевшие от вина гости стали намного смелее, веселее и свободнее в поведении. Слуги засуетились, разбирая стулья и придвигая столы ближе к стенам, чтобы освободить место для танцев. Стол асигнаторов вовсе убрали, оставили только трон правителя. Мы же спустились к остальным участникам празднества.
– Надо же было такому случиться… Ты в норме? – поинтересовалась Талина, идя рядом со мной.
Рив тоже был поблизости. Как и Талина, он поругался на Мору и попытался меня обнять за плечи, но вовремя остановился, вспомнив, что мы сейчас не в Обители. А Змей, отправив меня в зал, остался у трона поговорить с правителем, но пообещал скоро к нам присоединиться.
– Все хорошо, – коротко ответила я и попыталась улыбнуться.
Только вышла кривая ухмылка, от которой люди, завидев меня, испуганно шарахались. Если других асигнаторов гости облепили, о чем-то расспрашивали и стремились познакомиться, – то нас они обходили стороной. И, похоже, всему виной была именно я.
– Вот придурки, – цокнул языком Ривар, тоже заметив столь необычное поведение присутствующих.
Талина предостерегающе шикнула и попыталась отвлечь меня непринужденной болтовней. Однако добилась лишь односложных ответов. Я без интереса оглядывала пеструю толпу, чтобы хоть как-то отвлечься от мрачных мыслей. И заметила крупную фигуру Бигиса, который попытался протиснуться к нам, но его отвлек незнакомый мужчина.
Биг выглядел потрясающе, хоть и просто. В рубахе цвета топленого молока и черных штанах. А на шее у него висел медальон ворона. Подле здоровяка крутилась неугомонная Рура в пышном ярко-желтом платье и с копной красных кудряшек, которые она оставила распущенными. Немного поодаль стояли еще двое учеников Бигиса: Раф и Монир.
