Я тоже не стала скрываться – прятаться внутри себя. И робко улыбнулась, полностью окунаясь в серый омут его глаз, который показался теплым и бездонным. Способным скрыть меня от людей лучше, чем самая лживая и непроницаемая маска. Сейчас впервые за долгое время мне почудилось, будто та нить, которая связывала меня со Змеем, никуда не исчезла. И я вдруг осознала, что не нужно было звать его по имени. Не нужно было чего-то добиваться от него. Все, что мне требовалось – просто находиться рядом с ним.
Я смутилась своих мыслей. Они показались настолько глупыми, откровенными и непонятными, что захотелось отвести взгляд и снова зарыться в глубины себя.
– Не отворачивайся, – попросил Змей, будто угадал мое желание.
Он сказал это неожиданно, резко, без намека на привычную властную требовательность, будто на мгновение испугался, что это в последний раз, когда я на него смотрю. Даже сам Змей растерялся от своего порыва.
– Не отворачивайся, – повторил он спокойнее, не пытаясь оправдаться.
Я послушалась, однако все равно что-то изменилось. Взгляд наставника потемнел, затянулся туманом задумчивости и не посветлел, даже когда стихла музыка.
Змей больше ничего не сказал. Просто выпустил меня из объятий и молчаливо ушел, затерявшись в толпе гостей. Он исчез до конца бала, и больше я ни с кем этим вечером не танцевала, хотя находились желающие меня пригласить. Но я даже Ривару отказала: не хотела терять или смазывать те ощущения, что подарил мне Змей. И ждала момента, когда смогу снова увидеть своего наставника.
Просто увидеть.
Остаток бала прошел спокойно. Даже Клаврис не пытался приставать, а большинство гостей хоть и перестали на меня коситься, но приближаться лишний раз не желали. Так что большую часть времени я провела вместе с Талиной у стола с напитками, и с ее подачи даже осмелилась попробовать вина. Всего один бокал, правда, однако захмелела от него сильнее, чем от кружки медовухи. Зато смогла отвлечься от тяжелых дум, но все равно продолжала блуждать мыслями где-то далеко.
Талина считала, что я переживала о Море и ребенке, и, несомненно, была права, но к беспокойству о них прибавилось еще и волнительное ощущение, от которого никак не получалось избавиться. Только я прикрывала глаза, как тут же чувствовала фантомный аромат Змея – терпкий с древесными нотками. А пальцы будто вновь ощущали прохладу его атласной рубахи, которая стремительно нагревалась от малейшего прикосновения.
Вина и трепет перемешались в горький напиток. Каждый его глоток обжигал и распускался огненным цветком в душе. Терзал. Разрушал. Разбивал осколками, в то же время собирал обратно. С таким количеством противоречий я еще в жизни не сталкивалась. Отчего желала скорее покинуть дворец и оказаться в своей хижине, чтобы подумать и лучше распробовать неведомое мне раньше ощущение.
Однако кое-что все же смогло меня заинтересовать на балу. Слухи. Они быстро расползались и мгновенно обрастали новыми любопытными событиями. Похоже, Мора все-таки успела проболтаться – среди гостей всплыл разговор о странном поведении разрушителей. Всем казалось удивительным, что безумцы смогли взять в осаду поселение. И, как оказалось, немногим раньше произошли нападения и на другие посты. Только жертв почти не было в сравнении с нашими потерями. Среди стражей выжили все, а из десяти ловцов без вести пропали трое.
Со слов гостей, большинство жителей думали, будто кто-то или что-то разрушителями управляло. Многие грешили на Рейнару – правительницу Вельнара. Мол, ее мстительный дух завидовал спокойному существованию созидателей и хотел мести. Однако два человека все-таки предположили, будто разрушители что-то замышляли. Правда, их быстро высмеяли, ведь никто не верил в разумность одержимых, но все равно – в улыбках да заливистом хохоте чувствовалась натянутость.
Люди подозревали неладное. Подсознательно. Но пока что их разум отрицал возможность признать разрушителей как равных. Созидатели боялись, что жизнь выйдет из привычного русла и они вновь потонут в страхе, поэтому всех устраивало нынешнее положение дел. Во всяком случае, богачей.
Бал окончился поздно. Из всех гостей асигнаторы покидали его последними, когда слуги уже гасили свечи и торжественный зал медленно погружался в сумрак. Король отдал приказ отнести все подарки в его личную комнату и попрощался, а мы отправились в путь до Обители. Так и не дождавшись Змея, я уехала вместе с Талиной и Риваром. И если наставница была навеселе и трещала без умолку, то ее ученик казался чернее тучи.
Когда же мы оказались на территории асигнаторов, Ривар, не прощаясь, нас покинул. Я удивленно взглянула на Талину, которая вмиг притихла и просто посмотрела своему ученику вслед. На ее лице читалось понимание, однако на мой вопрос: «В чем дело?» – она лишь печально улыбнулась и ответила, что когда-нибудь узнаю, но не сейчас.
