Он поднялся на ноги и, подобрав с пола все еще полные похлебки миски, без малейшего сожаления выплеснул их на улицу. Птицы, сидевшие на крыше амбара, темными стрелами промелькнули в окне, и, судя по радостному чириканью за дверьми, им стряпня местных поваров точно пришлась по вкусу.
– Не удивлюсь, если после такой готовки стражи помрут без войны, – проворчал Змей, с противным лязгом бросив металлические миски на пол.
– Ты преувеличиваешь.
– Всего лишь проявляю недовольство.
Он прошелся по амбару и склонился над ловушкой из деревянного короба и засохшей ветоши, которую мы спрятали среди туго набитых зерном мешков.
Змей проверил, на месте ли наживка, и продолжил:
– В Дириаме есть замечательная таверна, где подают потрясающее жаркое. А медовуха… Слаще не сыскать. Попробовал бы ее Тогриан, в жизни бы не стал хлебать мочу в своем бурдюке.
Он поднялся с колен, отряхнулся и, не удостоив внимания другие ловушки, вернулся ко мне:
– Ты должна там побывать.
– А побываю ли?
– Несомненно, – в предвкушении улыбнулся асигнатор, взирая на меня сверху вниз. – Свожу тебя туда при первой же возможности.
И было в его взгляде столько азарта, что мне стало немного неловко и неуютно.
– Спасибо, – смущенно отвела я взгляд и почувствовала, как щеки нагрелись от румянца.
В груди потеплело, будто мне пообещали не простой поход в таверну, чтобы отведать местной еды, а нечто особенное – более грандиозное и незабываемое. Впервые я испытала столь необычное чувство. И омрачалось оно только тем, что мы до сих пор не проверили кожаные мешки.
– Зер, – чуть ли не жалобно позвала я, наблюдая за тем, как Змей вновь опускается рядом со мной. – Пожалуйста, давай все-таки проверим мешки.
– А ты опять все о том же…
– Да. Потому что это важно, а ты…
– А я? – переспросил он, когда я осеклась.
– Не торопишься. Теряешь время.
Я закусила губу, видя, что Змей не разделяет моих переживаний. Абсолютно спокойный, он лишь безрадостно усмехнулся и потянул за конец веревки, туго стягивающей его длинные светлые волосы, позволяя им рассыпаться по плечам. Не успевшие полностью высохнуть после переправы, они казались на тон темнее обычного, а их беспорядок пробудил во мне сильное желание взять в руки гребень и пройтись по всей их длине. Захотелось почувствовать, в самом ли деле они настолько мягкие и шелковистые, какими казались с виду.
«Глупости», – упрекнула я себя и сделала глубокий вдох, прогоняя несвойственные мне мысли.
Все дело в привычке. Мы с сестрами часто друг друга расчесывали, вот мне и захотелось сделать то же самое для Змея – проявить заботу. Почему? Да Истин его знает. Наверное, после всех событий асигнатор перестал мне казаться чужим. А учитывая наше с ним положение, это даже хорошо: проще будет найти общий язык или привыкнуть, как он говорил.
– Успокойся, не теряем мы время, – произнес он. – Я все уже проверил и сказал твоей сестре, что мешки не пропускают воду.
– Проверил? – выронила я из пальцев соломинку, которую только что подобрала. – Сказал? Когда?
– Пока ходил за ужином.
От злости я на мгновение дар речи потеряла. Вот почему он не сказал раньше? Обязательно было меня мучить?
– Зер! – начала я закипать. – Ты…
– И прежде чем мы снова поругаемся, прошу тебя – не надо, – прислонившись затылком к стене, он прикрыл глаза. – Сегодня у меня был тяжелый день, давай просто отдохнем.
Я так и застыла с открытым ртом, растеряв весь настрой возмущаться. Впервые за все время в голосе Змея проскользнули тяжелые нотки усталости, которые заставили меня резко успокоиться. Стало стыдно. Ведь Змей в самом деле проделал почти невероятное: переправил половину населения, да так, что разрушители ничего не заметили. И он до последнего старался выглядеть собранным и полным сил.
– Почему ты не пойдешь к себе? – озадачилась я. – Отдыхать на кровати приятнее, чем на полу старого амбара.
Асигнатор не спешил с ответом. Сначала показалось, будто он вовсе уснул, но все же заговорил:
– В моем матрасе поселились клопы, с ними особо не поспишь.
Он сполз по стенке вниз и удобнее устроился на подстилке из сена, повернувшись ко мне спиной. И словно предвидя следующий вопрос, тут же на него ответил:
– А ты здесь, чтобы Талина меня не тревожила.
Мои брови поползли вверх.
– Ты ее избегаешь?
– Ни в коем случае, – уклончиво ответил Змей.
– Тогда…
– Не тогда, никогда и уж точно не сейчас, – довольно грубо перебил он, я закусила губу и замолчала.
А когда осознала, что у нашей беседы не будет продолжения, – последовала его примеру и легла на спину, устремив взор в окно. Так и пролежала, бесцельно блуждая в своих мыслях и наблюдая за тем, как постепенно небо окрашивается в цвета заката, пока не уснула, убаюканная размеренным дыханием Змея. Сегодняшний день был тяжелым, и я тоже заслужила отдых, пусть даже в старом грязном амбаре. Только сон выдался далеко не спокойным.
Сначала я мерзла, и мне снилось, будто я нахожусь в зимнем лесу, пытаюсь разжечь костер, пока Вайя охотится. Но вспомнив, что старшей сестры больше нет, застыла одна среди ледяной стужи, так и не ударив кремнем о кресало, а холод стал невыносимее.
