Заслышав плеск и тяжелое дыхание женщины, Змей резко к ней обернулся и вручил ей младенца. Он быстро и без запинки объяснил ей, куда идти, но все это время взгляд матери был прикован к ребенку.
– Он весь мокрый, – дрожащим голосом произнесла она и коснулась кончиками пальцев его бледной щеки. – И холодный…
– Вода попала на одеяло, когда его вынимали, – пояснил Змей.
– У него губы синие, – Мора вскинула на него испуганный взгляд. – И он не шевелится.
– Просто замерз и крепко спит, – нетерпеливо произнес асигнатор. – Прижми его к себе крепче… Да-да, вот так, – подбодрил он Мору, когда она послушно прижала к груди младенца. – А теперь иди вниз по течению. И быстрее, а то он скоро очнется и начнет шуметь. Если вас услышат одержимые, нам всем наступит конец.
Все это время Змей не позволял женщине встретиться со мной взглядом. Он то и дело ее отворачивал и легкими толчками в спину подгонял вперед, пока та не сдалась и не пошла вниз по течению, куда ей указали. Я стояла, будто громом пораженная, наблюдая за тем, как удалялась Мора, и чувствовала, что совершила нечто ужасное и непростительное.
– Рей! Рей, ты меня слышишь?
Змей сжал мои плечи и немного тряхнул, а я наконец-то подняла на него взгляд. Вина, скорбь, сожаление – все перемешалось, наполнив мой желудок горечью, постепенно подступившей к горлу, а перед глазами продолжало стоять бледное лицо младенца с посиневшими губами.
– Рей, – вновь потряс меня асигнатор. – Соберись, нам нужно уходить.
Да, он прав. Нужно уходить, и я это прекрасно понимала, только тело отказывалось двигаться. Оно словно задеревенело. А осознание того, что я погубила ребенка, горючим ядом растеклось по венам.
Змей, кажется, говорил, что я ни в чем не виновата, а Талина гладила меня по спине, но никто из них не мог привести меня в сознание. Никто и ничто, кроме… Ощущения, похожего на то, что возникло сегодня утром. Оно натянулось струной между мной и чем-то или кем-то другим. И, поддавшись порыву – желанию обрести то родное, что буквально звало меня, – я запрокинула голову и устремила взгляд за край высокого берега, за которым мы прятались.
Тогда же раздался громкий и властный голос:
– Созидатели!
Под возмущенное шиканье асигнаторов я взобралась на берег и осторожно из-за него выглянула. Все разрушители собрались на пригорке достаточно далеко, чтобы нас не слышать, но все же близко, чтобы мы могли их разглядеть. Впереди, на самой возвышенности бугра, стоял мужчина в темной одежде. Его собранные в хвост черные волосы достигали плеч, а кожа даже издалека казалась очень смуглой, как у всех разрушителей.
– Что ж вы заперлись за стенами, а, созидатели? – вновь с издевкой прокричал мужчина. – Не рады нам? Ах да! – спохватился он. – Вы же привыкли считать нас безумцами и чудовищами!
Он громко и иронично рассмеялся.
– Спешу разочаровать вас, что это не так! Мы вполне способны думать.
Он снял с рук черные перчатки и подал людям за спиной знак.
– И обещаю, что больше никто не пострадает, если вы нас впустите. Мы только заберем то, что нам нужно, и уйдем.
– И что же вам нужно? – послышался голос Вэла со стены.
Я подняла взгляд и увидела свою сестру рядом с капитаном стражей. Талина и Змей, которые вскарабкались следом за мной, тоже с интересом наблюдали за происходящим.
– То, что принадлежит нам по праву, и вам необязательно знать, что это и для чего, – ответил разрушитель. – Но вы можете быть уверены: мы не хотим войны! По крайней мере, пока, – осклабился он. – Однако! Если вы не откроете двери, мы убьем вашего человека!
Неожиданно для всех, из толпы разрушителей к их главарю вытолкнули вперед девушку, всю вымазанную в грязи и крови. Первое, что бросилось в глаза, – это белые волосы, как у моих сестер. А приглядевшись внимательно, я узнала в ней Вайю.
У меня душа перевернулась. Неужели… Неужели не только я и Эльма уцелели после битвы? Неужели Вайя тоже жива?
Она стояла на коленях в ногах разрушителя, измученная, с поникшей головой, но живая и с виду невредимая. Боясь, что это всего лишь наваждение, я с надеждой взглянула на Эльму и заметила, как та свесилась с края стены и тоже пораженно смотрит на Вайю. Ошибки нет… Это наша сестра.
– Итак! – продолжил разрушитель, вытащив из ножен меч. – Предлагаю обмен: открытые ворота на жизнь этого замечательного воина, а заодно, – он склонился над Вайей и коснулся ее волос, – прекрасной женщины!
Вайя слишком резко от него отпрянула и чуть не упала. Успела упереться ладонями в землю, а ее плечи задрожали от напряжения. Древние! Моя сестра была так измучена… Разрушители даже не стали связывать ей руки! Уверена, все это время ей не давали ни спать, ни есть, чтобы ее ослабить.
Меня захлестнуло негодование, что кто-то посмел так с ней обращаться. Да такое сильное, что Вайя почувствовала мою злость, вздрогнула и быстро глянула в нашу сторону. На ее измученном лице появилась улыбка, когда она поняла, что я жива.
– Вайя… – хрипло произнесла я, зарываясь пальцами в землю и стараясь оставаться на месте.
