Внешне больше ничего не выдавало её беспокойства, но внутри Элен клокотали и просились наружу такие сильные эмоции, о которых она и не подозревала. Это был и ужас от происходящего, и безысходность её положения, и желание сбежать куда-то и спрятаться, и нарастающая злость в адрес брата, который оставил её одну, а сам скитается бог знает где!
Окно небольшой, но уютной кухни выходило во двор, и там среди наступающих сумерек она снова увидела знакомую тень, которая на этот раз грациозным театральным жестом сняла с головы шляпу и, взмахнув ею, склонилась в реверансе.
«Он ещё и издевается!» – с яростью отметила Элен, но тут же решила, что вполне способна порвать его на части, если только он посмеет приблизиться ещё раз к ней или к ребёнку.
За всеми этими эмоциями молодая женщина даже не успела подумать, что бы это всё значило, кто этот человек, что ему нужно и по какой причине он преследует её с малышкой. Молодая мать лишь инстинктивно чувствовала надвигающуюся угрозу, росло ощущение неизбежной беды, если вдруг она снова окажется рядом с этим человеком.
Набрав номер брата и снова услышав в трубке голос автоответчика, Элен уже совсем смирилась с необходимостью самостоятельно справляться с возникшей ситуацией. И решительно набрала номер ближайшего отделения полиции.
Этой ночью, когда все обитатели огромного дома уже погрузились в глубокий сон, Ивонн ворочалась на своей двуспальной кровати, утопая среди многочисленных кружевных подушек, как в нежном облаке. Полудрёма за прошедшие годы стала для неё привычным состоянием: ей не удавалось выспаться из-за того, что трудно было различить, видит ли она сон или уже начинается реальность.
Ивонн тем не менее силилась отогнать от себя гнетущие мысли о предстоящем назавтра испытании, так мешающие ей погрузиться в сновидение и настроиться на происходящее в нём.
Благодаря наставничеству Федерика и его помощи, попадая в глубокое сновидение, Ивонн могла теперь контролировать события в нём силой своего внимания. Но на этот раз никак не удавалось ухватиться ни за что из того, что она одновременно наблюдала и как будто со стороны, и находясь в центре происходящего. Ни одно из стремительно разворачивающихся событий не получалось усилием воли взять под контроль.
Если бы только кто-то ей помог.
Но Федерик накануне, одарив всех присутствующих проникновенным взглядом, с отеческой заботой изрёк:
– Я буду неподалёку, мои дорогие, но тем не менее на мою помощь в эту ночь лучше бы вам не рассчитывать, я буду слишком занят своей частью, мне необходимо отойти в сторону и разобраться во всём основательно.
Тем самым он не оставил ей выбора. Пришло время использовать то, чему он успел её научить, и найти в себе силы, чтобы исправить ситуацию.
Направив всё своё внимание на знакомый до боли из предыдущих сновидений унылый пейзаж, она вызвала в памяти образ самого высокого на склоне дуба, который запомнила из-за его раскинувшейся на пару десятков метров, но заметно поредевшей и высохшей кроны.
Если бы сознание Ивонн могло воспринимать ту реальность без подмены образов, не домысливая картину, и она могла смотреть на пейзаж ясным взором, она бы, конечно, обратила внимание, что редкие листья на всех деревьях, которые произрастали в той странной местности, были из металла.
Однако крона сама по себе не привлекала внимание женщины, куда больше будоражили её воображение ужас и отчаяние, которые она чувствовала в тех повторяющихся снах.
Она не придала значения металлическим листьям ещё и потому, что под этой кроной впервые ощутила в себе способность направить происходящие во сне события в нужное ей русло. В ту ночь Ивонн, пытаясь, как обычно, сбежать от своих преследователей, устремилась ввысь, взлетев от них в стремительном порыве, смогла оторваться и выдернуть себя из пугающего сновидения прежде, чем они смогли её догнать.
Сегодня, однако, никто ей не угрожал, но Ивонн знала, что оказалась в этом месте не случайно, и ей было необходимо тут же разобраться – что именно в зловещем сценарии сегодняшнего сновидения ей предстоит исправить, чтобы не дать завтра демону ни малейшего шанса взять преимущество в схватке.
Она уже предварительно разобрала все знаки, которые указывали в её снах на основных персонажей из её реальной жизни, и то, как они связаны с событиями, ожидавшими её в реальности. Подготовившись таким образом и поняв, что имеет теперь значительную фору, Ивонн удалось успокоиться, занять выжидающую позицию и направить внимание на то, что вскоре должно произойти.
В конечном итоге у Ивонн появилась уверенность, что они с демоном поменялись местами и она теперь стала не добычей, а охотником.