– Она вообще-то добрая женщина. Мне довелось немного с ней пообщаться. В смысле, за починкой окон. – Он откашливается и переводит взгляд на брата Агнес. – Надо быть приветливей, она же тут совсем недавно.
И от вкрадчивости в его голосе улыбка Агнес тут же тает. Джини это тоже смекнула, заметила Агнес.
И отворачивается к печи, лишь бы не видеть выражение ее лица. Что это за женщина, и с чего она возомнила, будто имеет право заявляться к ним в деревню и нарушать заведенный уклад? Агнес вздрагивает от страха, и в ее груди поднимается прежнее чувство собственной неполноценности, будто она недостойна такого, как Джозеф.
Позже Джини ее утешает.
– Ты все неправильно истолковала. Он же у нас широкая душа и видит в людях все самое лучшее. На что ему сдалась такая женщина? Ледышка да и только, если спросишь меня. Как будто аршин проглотила. Ты же сама все видела.
Агнес пытается вызвать образ мисс Эйткен с воскресной службы, но ничего не удается, ведь она всегда приглядывает за братом и сестрами, ей некогда разглядывать новых учительниц, слишком уж часто они сменяются. В висках стучит от боли, и, прикрыв лицо рукой, она вздыхает. Джозеф не в первый раз приструняет детей, и Агнес это в нем даже нравится. Когда-нибудь он станет хорошим отцом – терпеливым, но строгим. От сердца понемногу отлегает. Никакие пришлые женщины не испортят ее виды на будущее. Может, мать права, и Джозеф на такую женщину даже дважды не взглянет.
И все же она решает хорошенько приглядеться к учительнице на будущее воскресенье, просто чтобы убедиться самой.
Но так уж случится, что ждать до воскресенья ей не придется.
– Он явно вскружил ей голову, точно вам говорю.
– Разве? Ну что ж, флаг ей в руки. Она не первая и не последняя заметила нашего Джозефа. – Нора по привычке визгливо посмеивается, но миссис Браун на эту реплику только закатывает глаза.
– Можно подумать, Агнес с Джозефом уже помолвлены, судя по Джини. – Эйлса заправляет выбившийся рыжий локон под косынку. – А ты, Джейн, что думаешь?
Джейн Грей, все еще в трауре после незапамятной кончины братьев, до сих пор только слушала, праздно разглядывая полку с мукой, но тут она подходит к остальным и кладет на прилавок пачку с печеньем для Уильяма.
– Ты же меня знаешь, Эйлса, я сплетни не жалую, – фыркнув, отвечает она. – Как по мне, чужие желания и предпочтения – это личное дело каждого.
Сдержав улыбку, Эйлса откидывает с корзинки полотенце.
– Дамы, я тут слишком много сконов напекла. – И от свежей выпечки веет запахом теплого ячменя.
Джейн отклоняет предложение, зато остальные, не прерывая беседы, берут по булочке.
– Что ни говори, а Джини всей душой заботилась о Джозефе, когда умерла его мама; можно понять, отчего ей хочется выдать за него свою Агнес.
– Может, и так, но это еще ничего не меняет. Ты слишком снисходительно относишься к людям. Да и нечего ему обхаживать какую-то пришлую женщину. Лучше уж искать среди привычных к здешней жизни. Лорна частенько наезжает в деревню с тех пор, как ее дедушка стал совсем плох. Она бы составила ему гораздо лучшую пару, чем какая-то учительница.
Нора надкусывает булочку и прикрывает глаза.
– Они прекрасны, Эйлса.
Эйлса в знак благодарности кивает.
– И как ты умудряешься при всем при этом нисколечко не располнеть? А вот и она, легка на помине.
Миссис Браун поднимает глаза, и в распахнувшуюся дверь входит Дороти. Миссис Браун ожидает, что она сейчас опять украдкой глянет в сторону прилавка, искоса, всегдашним беспокойным взглядом, и щеки у нее зардеются, но этим утром Дороти направляется прямиком за чаем «Липтон» и кладет себе в корзину одну упаковку. «
– Насколько слышала, в учительском домике затеяли ремонт?
Вопрос звучит чуть ли не обвинительно, хоть вид у Норы совершенно невинный.
Миссис Браун замечает, что лицо у Дороти слегка зарделось.
– Ох, да, все верно. Очень любезно с его стороны. Настоятеля, само собой, – торопливо добавляет она, а сама рукой обшаривает корзину. – Я… Кажется, забыла кошелек.
Повисает неловкая пауза.
– Не беспокойтесь, я запишу на ваш счет.
Миссис Браун нарочито игнорирует многозначительные взгляды Норы и Эйлсы.
– Иначе запросто вылетит из головы, – добавляет она, а про себя думает, что уж Дороти-то ничего не забывает, и смотрит, как она торопливо выбегает из лавки.
