Лекари воззрились на нее со сложным выражением. С одной стороны – что это за баба лезет в мужской разговор, да еще и лечение пациенту подобрать мешает? С другой – она же и платит! А кто платит – с тем не спорят.
Маркиза очаровательно улыбнулась.
– Господа, прошу вас ко мне в кабинет. Обсудим вопросы лечения.
Она подхватила обоих мужчин под руки и изящно вывела из спальни, по дороге подмигнув мне. Мол, я на вас рассчитываю.
Я выдохнула. Закрыла дверь и подошла к кровати маркиза. И – отшатнулась. На меня смотрели совершенно осмысленные, живые и ясные глаза. А ведь он все понимает. Внутри этого немощного тела кроется совершенно ясный и живой рассудок, вот как! Он просто лишен сил и возможности что-либо сказать.
Но так эти глаза смотрели на меня!
И я не выдержала. Я дура, да? Кто бы сомневался. Только не могу я его так оставить. Дар словно с цепи сорвался, впился во внутренности тысячей зубов и когтей.
Я осторожно взяла сухую старческую руку, прощупала пульс.
– Господин маркиз, вы можете моргать?
Веки медленно опустились. Пульс не участился, и то хорошо.
– Тогда я спрашиваю, а вы отвечаете. Один раз моргнуть – да. Два – нет. Это понятно?
Веки опустились один раз.
– Господин маркиз, вы выпили возбуждающее зелье. Оно подействовало?
– Второе зелье вы не выпили? Постеснялись при маркизе? Нет? Хотя стеснение – это не для вас. Но вы не хотели показать свою слабость? Почувствовали себя дурно после… первого зелья, решили полежать, а когда пошли за вторым, все и случилось?
– Вы так лежите с утра?
– Вы хотите обрести дар речи, ну… насколько получится?
– Тогда вам придется мне довериться.
Я достала склянку с зельем. Подумала и убрала легкое снотворное обратно. Больной в таком состоянии, что любая соломинка может стать последней.
– Вы сейчас закроете глаза и не откроете их, пока я не разрешу. Не станете ни подглядывать, ни каким-либо образом мешать мне. И поклянетесь, что никому не разгласите мою тайну.
– Чтобы не было недоразумений, я поясню сразу. Я маг воды, только очень-очень слабенький. А ваша болезнь – это как раз по моей части, нарушение тока крови. Если у меня что-то получится… вы сразу это поймете. А не открывать глаза, не шевелиться и не мешать мне я прошу потому, что я очень слабый маг. Нарушить мое сосредоточение может что угодно, а это не в ваших интересах. Вы поняли?
– Я могу рассчитывать на ваше благоразумие?
Могла бы и не спрашивать. Такая надежда горела в серых глазах…
– Тогда закрывайте глаза. Я задвину засов и попробую.
Маркиз беспрекословно повиновался. Я дошла до двери.
Засов легко скользнул в пазы, а меня опять одолели сомнения. Что я делаю? Это сейчас маркиз готов на все, хоть звезду с неба пообещает. Только что будет, когда он выздоровеет? Не сдадут ли меня Пресветлому Храму? Или оставят для личного пользования и будут шантажировать?
Только и выбора не было. Дар все громче пел в моей крови. В чем-то это сходно с ядовитым дымком, которым балуются наркоманы. Попробовав, ты уже никогда не отвыкнешь от него, будешь просить больше и больше, сойдешь с ума, если тебя лишат этого ощущения.
Так и с даром.
Начав с легкого, теперь он требует все более сложных случаев, он разрастается и заполняет меня, выплеснуть его наружу – жизненная необходимость. И нельзя промедлить даже лишней минуты.
Мои пальцы легли на сухие старческие кисти.
И сила хлынула сквозь меня раскаленным потоком.
Я выгнулась и застонала, и так же глухо, в унисон со мной на кровати застонал маркиз.
Шантр отдыхал, когда в его комнату ворвался испуганный раб Светлого.
– Господин! Господин Лелуши!!!
Мужчина подскочил словно ошпаренный.
– Что случилось?
– Там… у вас…
У Шантра сердце захолонуло. Там – это только одно место. В лаборатории. Неужели маг? Опять маг? Да что он – издевается?! Он другого времени выбрать не мог? С-сволочь!
В лабораторию Шантр спешил со всех ног, и, как оказалось, не зря. На этот раз центр применения силы мага находился в Белом городе.
Переехал? Пригласили?
