Умертвие растянуло бескровные губы, ощерилось в оскале, что наверно должно было означать радостную улыбку, и спросило:
– Ы?..
Я вздрогнул. В наступившей тишине было слышно, как сглотнул дракон, а обветренное лицо Жангери малость побледнело. Но он продолжал сидеть на стуле, глядя на возникшее чудо, машинально макая очередную пампушку мимо блюдца со сметаной.
Заметив постороннего человека, «умертвие» попятилось, но Насья тут же подскочила к нему и обхватила, не давая упасть.
– Куда ж тебя понесло-то? Я ж сказала, лежать тебе еще надо, – попеняла знахарка.
– Так, мне бы… – прохрипела испуганная мумия голосом Сани, – …на двор.
– Ну, теперь уж пошли.
Насья поддерживая лекаря, провела его к входной двери и почти на себе вытащила из дома. Через пару мгновений во дворе раздался чей-то тихий приглушенный писк, короткий взлай перепуганной дворняги, недовольный лошадиный храп и короткая громкая отповедь Насьи, призванная навести порядок в ее маленьком хозяйстве.
Жангери опомнился первым и положил многострадальный пончик на блюдце.
– Это тот, который «приболел малость»? – его передернуло, – Медведь что ли его так?
Я мотнул головой, не в силах выдавить из себя ни слова. Алабар тихонько выдохнул и расслабился, а мне подумалось – ему-то что? Испугался, что чешуей покроется?
– А четвертый ваш где? – вдруг спросил Жангери. Лэр.
Что ни говорите, а хорошо их там, в разведке, натаскивают. Вовремя он вопрос задал. Использовал элемент неожиданности, так сказать. Это я туплю сегодня по-страшному. К дождю, наверное.
– В… бане он. Моется.
– А вы значит, уже помылись?
Нет, это когда прекратиться?! Да, кто он такой, в самом деле?! Ну, начальник чего-то там военного, ну и что? Мы не на допросе, в конце-концов!
– Послушайте, уважаемый лэр. Какое ваше дело, кто из нас зачем? То есть, когда. То есть где. Кто моется, а кто в уборную пошел? – меня несло, – Мы никого не трогаем, никуда не лезем, ничего незаконного не делаем. И старосте мы всё объяснили. Один из нас заболел – мы пришли к лекарю. Он поправиться – мы уйдем.
– Вы когда уходить собираетесь? – спросил Жангери так, словно всю мою нервную речь он пропустил мимо ушей.
– Да понятия не имею! Вам-то что?
Алабар покосился на меня, но промолчал. Еще бы он мне что-то сказал! Я бы и ему под горячую руку… тоже… сказал.
Н-да-а... Боюсь я этого лэра.
Жангери снова оглядел комнату и выдал.
– У одного из злоумышленников, есть ручное животное…
Я замер.
– …что само по себе удивляет. Для… э… диверсантов, какими их описывает депеша, наличие домашних любимцев не характерно. И вообще, в этом предписании очень много странностей.
– Например, – не удержался я от вопроса.
– Например, руководитель группы беспощадный лекарь, – охотно пояснил моряк. – Боевик. Что вообще ни в какие ворота не лезет.
Жангери, поднялся.
– Что ж. Мне пора. Пусть ваш друг быстрее поправляется. Еще дня три я на депешу отвечать не буду. Но потом должен буду составить еженедельный рапорт с указанием всех произошедших за эти семь дней событий. Да, хотел поинтересоваться, – он повернулся к дракону, – Что вас, уважаемый Алик, так заинтересовало на моей косынке?
Алабар чуть вздрогнул.
– Я… – он замялся, – хотел спросить, а что это за птица у вас там?
Я смотрел на дракона и не верил глазам. Чувствам, точнее. Он сейчас был крайне взволнован, хотя с виду держался спокойно. Запахло тайной? Моряк ответил обстоятельно.
– Это дракон. По легенде, драконы были настоящими владыками океанов. Они могли летать на очень большие расстояния, долго находиться в воздухе, и даже умели нырять, охотясь за морскими обитателями. Равных им ни в воздухе, ни на море не было. Да и на земле, пожалуй. Как-то так.
Алабар опустил глаза и сказал:
– Вероятно, это только красивая сказка.
– На счет сказки ничего сказать не могу. Но будь у нас драконы…
Жангери задумался.
– То что? – а кто-то сомневался, что это я задал вопрос?
– Да, ничего, в общем-то. Наверно, я бы ушел из разведки. И ходил бы свободным купцом, – вслух помечтал моряк.
– Вы же не можете, – удивился я. – Вы же пожизненно.
Моряк прищурился.
– И все-таки странные вы, – констатировал он. – На охотников похожи как мыши на кота. Вместо сапог лапти, но ручные оплётки гномьей работы. Кстати, у вас что, обуви нет?
Мы с драконом переглянулись, но Жангери не стал дожидаться ответа.
– Завтра я вестового пришлю. С ботинками. А то на ваши ноги смотреть страшно.
Он, не прощаясь, вышел. Вскоре послышался его голос, что-то говоривший Насье за калиткой, ее спокойные ответы, конский топот и опять наступила настороженная тишина.
Пончик тут же выскочил из своего укрытия и оказался у меня на плече. Потерся носом о щеку. Тоже мне… группа поддержки.
– Ты слышал, о чем они говорили? – моментально пристал я к дракону. С его-то слухом, он слышал наверняка.
– Да, а что?
– Как это что?! – тихо удивился я. – Давай рассказывай. Только побыстрее, пока Насья на улице с Саней возиться.
– Но ведь это неприлич…
– Какие приличия, дракон? – шёпотом возмутился я. – Нас ищут, не забыл?
Пончик пригнул голову и тоже зашипел на дракона.
Алабар заморгал, посмотрел на закрытую дверь и пожал плечами.
