– Да в принципе, ничего тако…
– Блин, Алабар, тебя десять раз просить?
– Хорошо!
Дракон прикрыл глаза и заговорил: «Ох, доброй ночи, Тениз! А я вас не угадала. Что-то случилось?», «И тебе Насьянушка, здравствуй. Нет, на «Тунгуре» все нормально. Кстати от Брама тебе горячий привет, он уже не хромает. Я к твоим постояльцам», «А что с ними?», «Да Митяй, с докладом заявился. Посмотреть хочу».
– Это когда он приехал, – пояснил Алабар.
– Да понял я. Дальше! Когда уходил.
Алабар снова закрыл глаза: «Не обижают тебя?», «Нет, что вы! Даже помогают», «Рыбу есть?», «От, же ж постреленок! И этот у вас отметиться успел?», «Ребятня на пирсе до вечера околачивается. Как сороки трещат. Все поселковые новости по ветру разносят. Кто хочет, тот услышит. Сама о постояльцах что скажешь?», «Ничего не скажу. У них своя дорога, Тениз», «О, как! Ладно, Насья. Доброй вам ночи».
1
Кошак явился глубокой ночью, когда мы уже спали. То есть я спал, на своей лавке, в лекарской. Слышал в темноте только приглушенные голоса. Но Пончик, валявшийся в ногах, и ухом не повел, и я опять заснул по-быстрому.
А утром, выудив полотенце из вещмешка и прошлепав босиком к входной двери, увидел за кухонным столом двух пацанов лет восьми. В таких же, как у нас, холщовых рубахах, за обе щеки уплетающих снедь, поставленную Насьей перед ними. Близняшки испуганно обернулись на мои шаги, но жевать стали еще интенсивнее.
Во дворе, у колодца я застал утреннюю разминку Алабара и Машки, которые наскакивали друг на друга в тренировочном бою. Правда, «друг на друга» громко сказано. Наскакивал с кинжалом Машка. Алабар стоял на месте и кривым дрыном лениво отбивал Машкины удары. Оборотня это злило невероятно. Он пытался всеми способами достать дракона, и от досады, что у него не получается, уже шипел. Не как порядочный кот, а скорее как разозленная гадюка, которой наступили на хвост и сумели удрать.
Увидев меня, кошак прекратил скакать, высморкался в сторону, вытер рукавом вспотевший лоб и ехидно заявил:
- Их благородие изволили подняться с постели. И как спалось ваше сиятельство? Не мучили ли недостойные вас сны?
- А поподробнее на счет недостойных, - я сунулся в ведро, привязанное к цепи. Воды там не оказалось. Пришлось вертеть рассохшийся вертлюг, опуская емкость в нутро колодца. - Помнится, кое-кто однажды не предупредил, что от заварки так называемых «дарайских» трав, можно и не захотеть просыпаться. Такие красивые сцены были, что…
Кошак фыркнул:
- А кто тебя заставлял это пойло хлебать? Не для тебя ж готовилось. Кто тогда знал, что ты за перец? Вдруг кинешься выяснять отношения!
Достал я из колодца ведро, и мы все трое, поочередно ёжась от ледяной воды, умылись и потопали к крыльцу.
- Что за дети в доме, не знаешь? – спросил я у Машки.
Оборотень нахмурился, забирая у меня полотенце.
- Я привел, – вытер он лицо. – Метаморфы. Рыси.
Это вообще-то мое полотенце!
- А почему они одни? Без взрослых? - дракон с интересом разглядывал мальчишек, сидевших как раз напротив окна.
– Потому что. Нет у них никого, - Машка сунул мне в руки мокрую тряпку. Нет, вы посмотрите на этого… аристократа!
- Это как? - искренне удивился дракон.
- Их мамаша оказалась … недоделанной. Десять лет с мужиком жила, детей родила, а когда мальчишки обернулись, из дома сдернула. Перепугалась, видите ли.
Мы с Алабаром ничего не понимали. Ну, ушла из дома? Дальше-то что? Машка посмотрел на нас и вздохнул:
– Она лучшей подруге рассказала. А та другой подруге. Тоже лучшей. Дальше, все как в тупой драме: колья, вилы, топоры. Эту дуру первую удавили, за то, что с оборотнем спала. А на мужика облавой вышли. Его одного егеря шиш бы отыскали, но с довеском… Пацанов спас, а самого на вилы подняли. Хорошо эти двое догадались реку перейти во второй ипостаси. Людьми бы не смогли. Но перекинуться обратно без помощи им еще не по силам. Вот и обитали в горах. Охотиться нормально не умеют, а в людей обернуться не могут. Голодали.
- А как Насья о них узнала?
-- Шакары. Этим все сказано. Ребятня из Алара бежала. Из приграничья. Мимо ульгарского стойбища. Если я правильно понял, это патруль был. Шакарский. Тишан, закрой рот, шакары не дурнее нас с тобой, они свою землю тоже худо-бедно, но охраняют. Вот они ей весточку и послали. Так, мол, и так, куцехвостые без дома остались.
Внезапно дракон и оборотень подобрались. Дворовая псина, уже привыкшая к нам, встрепенулась и с лаем кинулась вдоль забора. Послышался топот.
По тропе к дому подъезжал конный. В морской форме. Картинка, конечно, занимательная – моряк в седле. Но парень правил уверенно, я бы даже сказал лихо.
– Эй! – закричал он, не обращая внимания на облаивающее сопровождение. – Вы, что ли гости знахарки Насьяны?
Мы переглянулись, и кошак выразительно глянул на Алабара, «иди» мол. Тот молча потопал к калитке.
– А вы кто? – спросил воспитанный дракон.
Парень, видимо не ожидал, что его обзовут на «вы» и хохотнул:
– И правда, блаженные. Вестовой я. Наш капитан велел вам мешок передать. Кому передавать-то?
