Меня не послушали. На этот раз, расшатанная вконец дверь слетает с петель, в нас летят болты и парочка голубых пульсаров. Хорошие пусльсарчики, крохотные. Врезаются в щит синими молотками и, искря, растекаются по сфере. А вот это уже слишком!
Разозлили. Гая, кажется, тоже. И это хорошо.
Впихиваю свой Ключ в ладонь дракончика, киваю в сторону двери:
— Тренируйся!
Разрешаю хануру ему «помочь» и отворачиваюсь - четверо слабоумных меня больше не интересуют - подскакиваю к бывшему окну. Всё, господа! Моя очередь магичить! По-настоящему!
10
Уходил я из разгромленной комнатенки сестрицыного дома триумфатором. В кое-где подкоптившейся одежде, старых сапогах, с потрепанным баулом за спиной. На моем плече ощутив торжественность момента, восседал, аки пустынный сфинкс, «вольный страж»; в шаге от меня, шлепал дракончик, готовый к немедленному превращению в крылатый ужас; вокруг нас троих переливалась всеми цветами радуги полупрозрачная сфера и бледные лица прислуги выныривали из приоткрытых дверей, чтобы исчезнуть через мгновение. Откуда-то сбоку выскочила Тамара, самонадеянно и глупо попыталась меня остановить, встав посреди коридора с растопыренными руками. Ее муж ринулся к нам с мечом наперевес. Как же, как же! Такой куш ускользает!
Я просто чуть сильнее топнул на ходу.
Дом, старый дом, вырастивший не одно поколение прядильных баронов Серино, видел всё – нелепые смерти, обман, насилие, пожары, убийства, предательства. Он был равнодушен к жильцам. Давно.
Опасно захрустели стены, покрываясь сеточкой трещин, закачались на потолке старинные люстры, зазвенело лопнувшее стекло в окне. Обоих благородных дворян швырнуло в сторону, крепко приложив об пол.
К входной двери я побрезговал даже прикасаться – она вылетела наружу от простого воздушного пинка.
Мы спустились с крыльца, и плохо освещенная дорожка (экономили масло для фонарей, наверно) призывно расстелилась перед нами. Намекала, что как бы я не демонстрировал крутость, а надо давать деру. И чем быстрее, тем лучше, пока стихийники не вышли из ступора и в благородном порыве священной мести не кинулись догонять нас всей толпой.
Мысленно предлагаю дракончику порезвее шевелить ногами, и мы срываемся на бег. Вылетаем на мощеную улицу, несемся в темноте - куда не знаю, лишь бы быстрее и дальше.
Неожиданно сзади слышится стук колес. Погоня?! Крысюки и все их семейства! Да, чтоб вам в лирийскую канализацию провалиться! Теперь точно не убежим. Лошадей нам не перегнать, разве что напугать превращением дракона. А это мысль! Надо попросить Гая зарычать как можно свирепее - сдаваться на милость победителю в наши планы не входит.
— Эй, вашблагородия! — вдруг раздается позади, — скачите сюдой!
Мы с дракончиком переглядываемся на бегу. На всякий случай готовлю воздушную «дубину» и оборачиваюсь. Так это давешний извозчик! Старичок. Он-то откуда взялся?
А, была не была! Толкаю Гая плечом, мол, забирайся: двум смертям не бывать, одной не миновать. Запрыгиваю следом за крылатым в притормозивший кэб и хрипло выдыхаю:
— Дед! Ты хто?!
Согласен, вопрос дурацкий. Но ничего другого в голову не приходит. Сзади слышатся крики, недовольное ржание, грохот разворачиваемых повозок. Вот теперь точно погоня!
— Пихто я! Держитесь! Сейчас огородами поедем, трясти будет! — дедок на козлах хихикает, громко щелкает кнутом над ушами послушной лошадки, отчего та бойко набирает скорость. — Узнал я тебя, малой! Еще днем! У нас всех лошадных в участок водили! Твою мордаху на картинке показывали! Столько про тебя наговорили, что мы собрались, покумекали, да сошлись на том, что вранье всё! А если не вранье, то хоть кто-то нашему Калину хвост прищемил! Так что держитесь ребятки, вывезу я вас отсель!
Со слов деда Пихто выходило, что узнал он меня сразу. Пророчески предвидя интересный разворот событий, старый извозчик прикорнул в лесном закуточке, а с наступлением темноты и приездом «стражников», втихаря выдвинулся на тактически удачную позицию. Конечно, особую роль сыграла двойная плата – я не стал жадничать, отдав серебруху за проезд – а потому дед проникся к нам симпатией, и сейчас его крепенькая лошадка мчала наш транспорт по задворкам большого города, затерявшись среди многочисленных и плохо освещенных улочек.
1
Лир стоял напротив стола по стойке смирно, что с его-то выпирающим животом было если не смешно, то забавно. По мере продвижения венценосного взгляда по тексту докладной, новоутвержденный начальник Тайной Стражи то бледнел, то покрывался холодным потом. И ладно если бы в кабинете Калина Первого был бы он один. Рядом с королем, уютно устроившись в обширном мягком кресле, толстячка Лира с насмешливым любопытством рассматривала принцесса Алевтина. Будущая магесса, собиравшаяся в этом году начать обучение в Академии в Вессалине, уже сейчас могла поспорить жесткостью нрава с отцом, а потому маг-менталист Лир отлично понимал, что не замечать девчонку нельзя. А уж демонстрировать пренебрежение, Хозяйка упаси! Лучше выказать уважение сейчас, чем потом огребать последствия женской мести.
