Я, уныло обдумывая завтрашний день, решил навести ревизию в собственном вещмешке. То есть, в мешке привезенным Машкой. Вывалил содержимое на пол, чем невероятно заинтересовал Пончика, и мелкий проныра немедленно сунул нос в скопление барахла.
Кто бы сомневался, что рыженькая драконица зайдет в комнату именно в этот момент. Причем, совершенно не смущаясь, скажет «ой, а что ты тут делаешь?», «какая интересная вещица», «а можно посмотреть?». Словом, тоже сунет нос. Мне даже захотелось рассмотреть ее… м-н… пятую точку на предмет наличия пушистого хвоста. И вообще, можно подумать она не видит, чем я тут занимаюсь.
— Да смотрите! — плюнул я, поднял с пола шкатулку из оранжевого дерева с королевскими чеканами и, отстранившись, плюхнулся на кровать. Пусть копаются, раз им так нужны мои носки (чистые!), запасные штаны, рубаха, тубус с картой, книги… А, кстати, где книги? По арефакторике. Еще учебник на эльфийском. Тот, который мы с Машкой летом купили в воровской лавке.
Видимо, этот вопрос я задал вслух, потому что Линда, выудив из общей кучи большой кожаный сверток, переспросила.
— Книги? А! Наверно, у Дарека. Мы их вместе читали, — она даже головы не повернула. Ну, чтобы посмотреть на мою реакцию. А я, между прочим, был изумлен: как это читали?! Но рыжая с самодовольной важностью продолжила, — Александр нам дал задание их выучить. Я прочитала все! Даже ту, где по староэльфийски написано.
Кто бы сомневался! Небось, кошак, (который князь), расщедрился на чужие книги, а Саня не преминул его щедростью воспользоваться.
— И что поняла? — любопытно же, как она справилась с формулами и постулатами.
Линда пожала плечами.
— Всё. Нам Александр много объяснял. Между прочим, домашние задания, которые он задавал, у меня тоже все получились. И Тан помогал.
То, что в ее голосе прозвучало искреннее уважение к лекарю, меня не удивило, а вот в бескорыстную помощь молодого дворянина Тана Сагальски верилось не особо. Ну, вы знаете, к менталистам у меня, как у Пончика, отношение предвзятое и скептическое. Но князь Рас почему-то вполне мирно рассказывал о самом молодом губернаторе Сурьи, и мне оставалось только помалкивать.
Тем временем, Линда развернула сверток, оказавшийся кожаным домино, и я вспомнил, как по настоянию Машки забрал его из той же воровской лавки. Плащ оказался магически пустым, и не выкинул я этот древний, потертый шедевр только из-за надписей на гномьем языке. Надеялся когда-нибудь прочесть. А может, сейчас попробовать? Родовая память мне на что, в конце-концов?
— Мужчины совсем не умеют бережно обращаться с вещами! На спинке разрезано, подол махрится, подпалины… Ты в нем у костра что ли сидел?! — вдруг возмущенно высказалась Линда, выворачивая балахон наизнанку и раскладывая на полу. — Ой, тут какие-то буковки.
Кто бы сомневался, что драконица увидит «какие-то буковки».
— Этот язык я не знаю, — она растерянно подняла на меня глаза.
Понятное дело! Я бы сильно удивился, будь по-другому. Отодвинул драконицу в сторону, чем заработал сердитый взгляд, присел на корточки, вглядываясь в полустертые надписи. Когда-то буквы теснили золотом. Сейчас, на черной, похожей на змеиную, коже остались лишь его следы.
Эта вещь принадлежала магу, и, прочитав имя, меня слегка тряхнуло от осознания кто был ее владельцем. Танот Росс. Мой дальний предок, один из сильнейших гномьих магов, принимавший участие в изменении драконьих гнезд. Мечтавший вытащить Астру из тела Дара и возродить свой народ. И не только свой. А ведь я так и не удосужился узнать что с моим дальним, но дюже крутым родственничком стало. Влиятельные и старые гномьи кланы подчистую сгорели в пламени Бара и Сандры двести лет назад в Лирии. Остальных просто вырезали. И судя по плащу, Танот тоже погиб от руки убийцы, а не умер от старости в собственной постели.
— Ты что, понимаешь этот язык? — Линда, оказывается, за мной наблюдала, и сделала правильные выводы. Я кивнул, не в силах произнести ни слова, но девчонка настырно потребовала. — Что здесь написано?
А правда, что? Я ведь прочитал только кому плащ принадлежал.
Пробежал глазами по буквам, еще раз спокойнее, потом совсем медленно, и понял, что за предмет лежит на полу перед нами. Артефакт! И пусть рыдают от зависти все вессальские крысюки, артефакт, за который любой маг на Даре, продал бы душу. Образно выражаясь. Щит! И, как я понял, щит пространственный. Одевая на себя этот задрипанный балахон, человек (или гном) способный его активировать, попадал во временной и пространственный карман. Причем, окружающие тебя видели, слышали и даже осязали, но ты, незаметно для них, находился как бы вне существующей реальности. Но я не зря вспомнил крыс - сейчас только они и могут обрадоваться дырявому одеянию. Цена ему медный сош – в нем дыра. Точнее, разрез. Моментально сформировался ехидный вопрос: если плащ такой супер-пупер уникальный, то каким образом его сумели порезать? И отправить на небеса одного из сильнейших гномьих магов?
«Ликанта» — вдруг четко произнес Зараза.
