– Незнание законов не освобождает от ответственности, – задумчиво протянул чародей, и налил мне еще одну чашку чая. Я так и не узнал его имени, но все же открыл душу. После внезапных откровений Сефирры, и не слишком радостных известий, ноги сами принесли меня в палатку к старику. Такой груз событий нужно, нет, просто категорически необходимо было с кем-то разделить. Ну, я и вывалил на него все события последних дней, умолчав, правда, о том, то Сефирра – дочь Великого Дома Ил Лао.
– Кстати, я всегда хотел спросить. А твой Дом Камня – это что? Крепость? Царство или Империя? Мир? Если это великая тайна, можешь не отвечать, я пойму, – как бы невзначай поинтересовался старик.
– А, да все сразу. И нет, тайны особой нет, простые смертные, пусть даже такие одаренные, как ты, не смогут попасть туда. Только если кто-то из нас решит пригласить тебя, получит одобрение совета старейшин, получит разрешение Гласа, ты пройдешь проверку… В общем, к нам так просто не попасть, да, – отмахнулся я, и снова мыслями вернулся к разговору с Сефиррой.
Она стояла посреди рынка, глядя мне в глаза и, несмотря на смущение, не отводила взгляд.
– По нашему закону тот, кто добровольно отказался от силы Леса и отдал ее другому – становится или побратимом, или избранником, – поведала мне лао.
– Так давай я стану побратимом, в чем проблема-то? Я младше, я из другого Дома, я вор, изгнанник и все остальное, я вообще никак тебе не подхожу! – мне казалось это очевидным, и я искренне не понимал, почему лао сама не может догадаться.
– Побратимами могут быть только сын с сыном или дочь с дочерью Дома или Домов, иначе никак.
– А если разница в возрасте огромна? Например, старик и девчонка из пеленок? – я пытался найти хоть какую-нибудь соломинку.
– Тогда названный отец или мать. Как видишь, наша разница в возрасте не слишком подходит, – развела руками лао. Я настолько увлекся обсуждением, что не сразу заметил, как мы оба перешли на «ты». Но, признаюсь, так мне даже больше нравилось.
– А если у меня уже есть невеста?
– А у тебя есть невеста? – мне показалось, что в голосе лао проскользнуло разочарование. Нет, ну этого уж точно не может быть. Она меня увидела впервые неделю назад. Воспылала нежными чувствами к спасителю? Так я не подхожу ни происхождением, ни профессией, да даже внешностью не подхожу! Лао со своим хвостом почти на голову выше, когда рядом стоит. Представляю, как забавно мы будем смотреться у ритуального алтаря. Тьфу ты, какой алтарь, мне выход искать надо, а не рисовать картины счастливой жизни.
– Нет, у меня нет невесты и, уж прости, я не планировал ею обзаводиться в ближайшие пару десятков кругов. Да и с годовыми кругами у меня проблемы. Я, как бы это тебе сказать, не развиваюсь и не расту. Как заморозился в день изгнания, так и скачу по мирам кузнечиком-юнионом. Вряд ли твой Дом устроит такой избранник.
– А им про это знать не обязательно! – упрямо вскинулась лао, и я запнулся на полуслове. Мысль. Догадка. Озарение. И я прищурился, снова переходя на официальный тон:
– Лао, скажите пожалуйста, если я не прав. Вам выгодно назвать меня своим избранником, да? Учтите, ложь и увертки я сразу почувствую.
Лао покраснела, и я понял, что очень близок к истине.
– Может быть, прогуляемся? – чуть дрогнувшим голосом начала она. – Чувствую, разговор нам предстоит долгий.
Я кивнул, снова подавая лаосске руку. И мы двинулись от рынка, по одному из отдаленных кохов к парку.
Я вырвался из воспоминаний и снова посмотрел на чародея:
– И там она мне поведала чудную историю о том, что отец уже нашел ей жениха, а её он категорически не устраивает. Поэтому предлагает мне ни много, ни мало, притвориться её избранником, пока она не достигнет своего совершеннолетия и не выйдет из-под опеки отца. Она даже мои расценки попыталась узнать, представляешь? – моему возмущению не было предела.
Чародей со звоном поставил чашку на блюдце, медленно поднялся и двинулся вглубь палатки. Какое-то время до меня доносились звуки перекладываемых вещей, после чего он вернулся к столу и поставил на него несколько мешочков из алого кинуйского бархата, перевязанных темными лентами.
– Что это? – не понял я.
– Твоя награда. Камни, плетения и все, о чем договаривались вестники, – ответил чародей.
– Я же выбрал разговор!
– Прости, Заноза, когда я предлагал тебе разговор, я был готов к рассуждениям о долге и войне, о мире и судьбе, даже о друзьях и верных подданных. Я не был готов лишь к одному. К беседе об отношениях с женщинами. Эта тема, в которой я слеп и глух, как новорожденный мышонок.
– У тебя никогда не было женщин? – не смог скрыть удивления я.
– Почему не было? Были, конечно, – тут же возмутился старик. – Но за всю свою долгую, неизмеримо долгую жизнь, я так и не смог их понять. Поэтому тут, друг мой, я совсем не советчик!
– Это ты здорово придумал! А мне что теперь делать? Она ждет меня в полночь с ответом, а я понятия не имею, что предпринять!
– Она тебе не нравится? Она страшна и противна? Или у нее скверный характер? – засыпал меня вопросами чародей.
