Он уже по второму кругу выслушивал содержание договора, чтобы второй раз его пытались чуть ли не в открытую водить за нос. Охотник за головами, выполнявший задания для самых разных людей и представителей прочих народов, уже привык, что нужно всегда быть начеку. Кто знает, когда очередной такой вот тип попробует не сообщить о милой детали в виде парочки боевых магов, охраняющих богатого жлоба? А другой попытается расплатиться ножом в живот, вместо обещанных серебряных монет? Чутье на правильного заказчика приходило с опытом – и сейчас подсказывало, что ему, мягко говоря, что-то не договаривают.
- Кстати, почему Древний Света на нашей стороне? – задал Гондар резонный вопрос. – Он обещает миру благополучие в противовес разрушениям, которые принесет победа Древнего Тьмы, некую утопию для всех. Но это всё несколько стереотипно, не находите? Свет и Тьма, всё подобное… походит на фарс.
- Не спорю, – ответил его собеседник. – Вы имеете в виду то, что Свет занял оборонительную позицию, как и полагается некоему абстрактному «добру», в то время как Тьма угрожает катастрофой и разрушениями всему миру, прямо как в сказках об истинном «зле»? Могу вас успокоить, уважаемый охотник. Конфликт лежит глубоко за гранью всех этих сказок о добре и зле. Поверьте, если бы вас в этот момент нашел посланник от Тьмы, вы бы услышали всё то же самое, только наоборот. В глобальных масштабах разницы особой нет: в любом случае победа или поражение одной из сторон изменит этот мир полностью и навсегда. Вопрос лишь в локальных последствиях. У всех разное счастье, как понимаете.
Он не любил вести подобные разговоры, но сейчас пытался прощупать дно, и понять, где его обманывают. А в том, что обман был, наемник не сомневался. Быть может, совсем незначительный, маленький. Быть может, это недоговорка, что-то опущенное, одна деталь…
Наемник не раз замечал, что порой одного несказанного слова достаточно, чтобы понять всё совершенно не так и угодить в капкан. Из которого можно уже и не выбраться.
- Не удивлюсь, – процедил охотник вполголоса, – если последствия победы Света окажутся чуть ли не более катастрофичны.
- Возможно, – человек, если это вообще был человек, наклонил голову вбок. – Вам не кажется, мы ушли от темы разговора?
Наемник сощурился.
- Так, – он откинулся на спинку стула, уставившись в потолок. – Что мы имеем? Два Древних реликта, каким-то образом влияющих на другие миры, включая этот. Каждая сторона нанимает пять вои… кстати, почему пять?
- Реальность нестабильна. Сила Фонтанов, с которыми вы будете связаны, неспособна удержать больше пяти сущностей единовременно с гарантией перерождения и…
- Следующий вопрос, – Гондар чувствовал, что сейчас собеседник опять скатится в размусоливание цены, и решил не дать ему шанс уйти от темы. – Так называемое «перерождение». Подробнее?
- Пока стоят Древние, любой умерший на Арене будет возрожден через определенный промежуток времени.
- Уточняю: что вы подразумеваете под возрождением?
- Полное восстановление души и тела после смерти. Даже если от вас ничего не останется.
- То есть, без всяких фокусов с поднятием трупов, полагаю?
- Это слишком грубо, – усмехнулся собеседник. – Фонтаны работают… более тонко.
- Допустим. И как вы предлагаете платить за то, что возрождается после каждой смерти?
- За каждую смерть врага от ваших рук – полноценная оплата. Как я уже сказал, большие деньги, а вам лично: отдельная оплата размером в…
Спустя ещё две минуты трепа ни о чем, Гондар устало поинтересовался:
- То есть, финальную оплату я получу тогда, когда их «Трон» рухнет, а это всё – предварительная оплата?
- Именно так.
Он покрутил в пальцах монетку.
- Неужели столь известный наемник как вы не справится с таким делом? – он мог поклясться, что его собеседник сейчас улыбается под маской.
Гондар подкинул монету снова. Поймал.
- По рукам, – он с резким хлопком выложил монету на стол.
- Замечательно.
Он ощущал, что лезет с головой в капкан, если не в петлю. Естественно, не впервой. Но когда собеседник протянул затянутую в перчатку ладонь, на миг глубоко внутри груди ёкнуло. Охотнику за головами захотелось резко отдернуть руку, отменить сделку и сбежать отсюда, поджав несуществующий хвост. Но это внезапно вспыхнувшее чувство страха закончилось лишь незримой улыбкой, мелькнувшей под тканью повязки.
