Палпатин протянул мальчику омнинокль, и тот стал с интересом разглядывать трибуны, надеясь увидеть знакомые лица. А сам бывший ситх негромко общался с лордом Гринграссом, с которым они сидели рядом. Этот импозантный волшебник был один, его жена и дочери не посчитали толкучку Чемпионата интересным мероприятием.
— Как вы смотрите на то, лорд Лонгботтом, чтобы присоединиться сегодня к нашей компании? — спросил Гринграсс, доставая фляжку с огневиски. Он наколдовал маленькие стаканчики, в которые тут же принялся разливать спиртное и передавать их другим волшебникам. — Нейтралы должны держаться вместе, а я вижу, вы не стремитесь примкнуть ни к Дамблдору, ни к Малфою.
— Я открыт к любым предложениям, Георг, — сказал Палпатин. — Тем более, этот разговор давно назрел. Вот сразу после матча отправлю сына домой, и мы с вами сможем пообщаться более свободно.
Между тем игра набирала обороты. Команда Ирландии оказалась гораздо сильнее настроена на победу, поэтому вратаря Болгарии то и дело проверяли на прочность. И далеко не всегда тому удавалось отразить нападение.
Разрыв в счёте быстро увеличивался, и в какой-то момент болгары заволновались, что, даже поймав снитч, их команда может проиграть. Скорости стали выше, и через некоторое время болгары сумели отыграть несколько мячей. Однако разница в классе игроков была велика, и вскоре ирландцы продолжили отрываться.
— Крам видит снитч! — проорал комментатор, и весь стадион ахнул, словно единый организм. Оба ловца стремительно мчались через поле, выполняя умопомрачительные зигзаги. Болгарин лидировал и в какой-то момент схватил крылатый мячик у самой земли, а ирландец не сумел выйти из пике и сейчас кубарем катился по газону, постепенно теряя скорость.
— Виктор Крам поймал снитч! — прозвучал усиленный магией голос комментатора, а судья дунул в свисток, давая понять, что встреча окончена.
Табло над стадионом высветило итоговый счёт, и оказалось, что команда Ирландии выиграла с минимальным перевесом. Горестные вопли болгар потонули в криках радости их противников. На трибунах стоял гвалт, все обсуждали прошедший турнир.
Невилл так и не заметил никого знакомого в волнующемся людском море на трибунах, хотя мальчику казалось, что он видел в омнинокль Поттера и всю семью Уизли на другой стороне трибун. Вот только рядом с теми сидели Малфои, поэтому Лонгботтом решил, что он ошибся.
Когда Шив протянул Невиллу монетку портала, тот не стал спорить, а сразу сжал её в руке, едва они вышли за территорию стадиона. Палпатин почувствовал, что Невилл уже в мэноре, и развернулся к ожидавшему Гринграссу.
Они вдвоём подошли к палатке, возле которой их ждало ещё несколько знакомых волшебников. Среди них оказался бывший профессор зельеварения Гораций Слагхорн. Тот живо беседовал с другим известным зельеваром Дамоклом Белби. Миранда Гусхок — знаменитый автор множества школьных учебников обсуждала какие-то чары с Тиберием Маклаггеном и Берти Хиггсом. Оба работника Министерства магии с должным почтением слушали рассуждения известной писательницы. Ещё несколько представителей нейтральной фракции Визенгамота разбирали решения, принятые на последней сессии.
Как только Палпатин и Гринграсс подошли, к ним тут же все повернулись.
— Ну наконец-то, Георг! Мы вас заждались, — улыбнулась Миранда Гусхок. — Добрый день, лорд Лонгботтом. Вы всё-таки решили присоединиться к дружной компании нейтралов?
— Наши взгляды совпадают по слишком многим вопросам, мадам, — учтиво поклонился Палпатин и вежливо поздоровался с остальными: — Здравствуйте, господа нейтралы, принимайте свежее пополнение в свои ряды!
Здесь Шива знали все, поэтому в ответ раздались беззлобные подначки и дружеские приветствия.
Волшебники раздвинули полог палатки и, пройдя через тамбур, оказались в просторном светлом зале с белыми мраморными колоннами и высоченными потолками. Роскошные кожаные диваны и кресла стояли вокруг небольшого пруда с золотыми рыбками, маленькие фонтаны по углам издавали еле слышный шум, пахло розами и свежестью.
— А у вас здесь весьма недурно, мой дорогой Георг, — произнёс Слагхорн, оглядываясь по сторонам. — Чувствуется прекрасный вкус миссис Гринграсс.
— Спасибо, Гораций, — улыбнулся хозяин вечера. — Рассаживайтесь, друзья. Сейчас эльфы подадут чай и лёгкие закуски тем, кто успел проголодаться.
— Тогда лучше продолжим пить огневиски, господа и дамы, — хмыкнул Маклагген. — Поднимем же стаканы за здоровье мистера Скримджера, нашего с Хиггсом друга, которому сегодня ещё работать и работать.
Постепенно все заняли предложенные места и начали обсуждать горячую новость лета. Дамблдору удалось возродить закрытый несколько веков назад Турнир Трёх Волшебников. Магическое соревнование между самыми крупными европейскими школами магии проводилось с тринадцатого века, пока в восемнадцатом количество жертв не превысило любые разумные пределы.
— А если опять кто-то из чемпионов погибнет? — возразила Гусхок, когда Дамокл Белби начал громогласно расхваливать инициативу Дамблдора.
