– Вышедшая за горца девушка навсегда покидает родительский дом. Уходит вместе с мужем, поднимается в горы и больше никогда не спускается с них. Понятно, что мало кто из родителей готов отдать свою дочь незнакомцам, отпустить в неизвестность без надежды когда-либо узнать о ее судьбе… теперь понимаете, почему Вастоун и Реглеодор называют закрытыми королевствами? Никто из равнинников, поднявшихся однажды в горы, уже не возвращался обратно. Никто из горцев ни разу не подтвердил, что им известно о существовании крылатых людей. И никто ни разу не видел темнокрылых вблизи – так, чтобы смело утверждать, что это действительно разумная магическая раса с человеческим телом.
Сразу после этого профессор Олдант объявил, что лекция закончена и отпустил нас на перерыв. Впрочем, мистрис Жисселию он попросил задержаться:
– Хочу облегчить вашу участь, адептка инг Сервиль, – заявил друэлин, сверкая своими раскосыми зелеными глазами. – Поэтому готов продиктовать список литературы: она поможет подготовиться к докладу, который вам предстоит прочесть перед своими сокурсниками через семь дней, на моей следующей лекции.
…Если я надеялась получить разгадку тайны нашего с Беном куратора, то после рассказа профессора Олданта вопросов, наоборот, стало еще больше. С трудом дотерпев до того момента, когда мы выйдем из лектория и останемся вчетвером, я тут же пристала к Беньямину:
– Ты понял, Бен?! Темнокрылых людей видели над Дальними горами! Думаю, куратор О'Ринэль родом именно оттуда!
– С чего ты взяла, Нель? – напарник воззрился на меня с искренним недоумением, и только тут я поняла, что не рассказала ему о своих странных видениях во время церемонии выбора и потом, во время фейерверка.
Поняла – и задумалась: а должна ли я делиться с принцем тем, что нечаянно увидела, почти подсмотрела? Если наш куратор так тщательно оберегает свою тайну – тайну существования расы темнокрылых, то стоит ли мне открывать ее не просто другу, а наследнику императорского престола?
– Ну, мне почему-то подумалось, что наш куратор настолько загадочен, что вполне мог бы оказаться одним из темнокрылых… – вздохнула я, а потом перевела разговор на другую тему: – так что у нас там дальше по расписанию?
– Занятие по рунической магии, – откликнулся Лео. – Но у нас есть немного свободного времени. Можем сходить в столовую попить чаю, а можем просто погулять по парку.
– О нет! Только не парк! Я бы не хотела снова попасть в заросли морщеборода! – поежилась Луизанна. – Давайте не будем рисковать без необходимости.
Мы дружно согласились с Лу и решили, что просто обойдем по кругу лекторий, а потом вернемся в уже знакомую аудиторию на следующее занятие.
Прогулка получилась тихой и приятной. Мы успели скрыться за углом лектория до того, как на порог корпуса вышла Жисселия, а больше навязываться в компанию к Беньямину никто не стал.
Прохаживаясь вдоль фасада лектория, я обсуждала с друзьями нашу первую лекцию и восхищалась мастерством, с которым были выполнены иллюзии. Леонард, который до этого считал свой дар малополезным, немного приободрился и заявил, что будет учиться и тренироваться до тех пор, пока не станет лучшим иллюзором империи.
Тем временем, настал час второй лекции, и мы поспешили вернуться в аудиторию и занять те же места, что и раньше. Нас ждало занятие по рунической магии, а вести его должен был наш куратор, магистр О'Ринэль. Он, как и предыдущий лектор, явился за пару мгновений до звонка.
Жисселия, завидев мужчину, скривилась и вздохнула:
– То смесок, то калека! У них тут что, нормальных преподавателей вообще нету?
– Придержи язык, Жис, иначе я найду способ тебе его укоротить, – одернул мистрис Зазнайку Леонард.
Я и не предполагала, что он может быть таким невежливым с девами-аристократками, но была согласна, что герцогская дочь заслуживает как минимум словесной порки.
Не знаю, расслышал ли магистр О'Ринэль наши перешептывания, виду он в любом случае не подал.
– Приготовьтесь быстро писать и аккуратно зарисовывать, господа адепты, – объявил он. – Материала будет много. Прежде всего изучим классификацию рун. Они делятся на две большие группы: прописные и подвесные. У кого-нибудь есть предположения, чем отличаются эти две группы?
Я подняла руку.
– Да, адептка инг Сельтон?
– Думаю, прописные руны – это те, которые наносятся на какую-то поверхность, – высказала я догадку.
– Верно. А подвесные? – бархатный баритон куратора звучал поощрительно.
– А подвесные, видимо, каким-то образом подвешиваются в воздухе, – смело выдала я. – Ну, вот как иллюзии.
– И это тоже верно, – подтвердил магистр. – Отличный ответ, мистрис инг Сельтон. Продолжим. И прописные, и подвесные руны могут быть простыми и сложными. Простые руны включают до пяти линий. Сложные – более пяти или геометрические фигуры: треугольники, круги, квадраты и так далее.
Мужчина повернулся к магической доске, щелкнул пальцами, и на ней высветились две таблички с рунами и их названиями.
