– Пока что просто посмотрите на них, чтобы понять разницу между простыми и сложными рунами. В дальнейшем мы тщательно изучим каждую. А пока вернемся к классификации. Сложные подвесные руны могут быть двухмерными и трехмерными. Двухмерные получаются тогда, когда вы представляете в пространстве невидимую плоскость и пишете на ней обычную руну. Такие руны способны создавать практически все маги, освоившие начала рунической магии. А вот трехмерные руны представляют собой объемные фигуры, для создания которых необходимо иметь хорошую пространственную память. Овладеть магией трехмерных рун смогут единицы, потому что, чем сложнее руна, тем больше магической силы необходимо в нее влить, чтобы достичь нужного эффекта.
Услышав о трехмерных рунах, я внезапно поняла, для чего мои дорогие родители заказали мне у краснодеревщика в Анттрефе набор головоломок и конструктор, из которого можно было строить не просто домики – целые дворцы! Похоже, играя со мной, матушка и батюшка делали все, чтобы развить у меня то, что наш лектор назвал пространственной памятью.
– Ах, так вот для чего нужны были все эти пирамидки, головоломки и конструкторы! – подтверждая мою догадку, тихонечко воскликнул Беньямин.
– Точно! У меня тоже были! – согласился Леонард.
И только Луизанна тяжело вздохнула: вряд ли у нее вообще были хоть какие-то игрушки, кроме тряпичных кукол, тайком сшитых для девочки ее несчастной матерью.
Тем временем, магистр О'Ринэль продемонстрировал нам трехмерные руны, заодно объяснив, что руна, просто подвешенная в пространстве силой нашего воображения – это всего лишь заготовка. Только после того, как все энергетические узлы и линии руны будут напитаны силой, она начнет действовать.
– Сила магов-иллюзоров не только в их способности обмануть зрение и слух другого человека, – рассказал наш с Беном куратор. – Создав долговечную иллюзию руны и сделав ее невидимой для посторонних глаз, маг-иллюзор может оставить ее в нужном месте или постоянно носить с собой, а в нужный момент быстро активировать, не тратя время на создание пространственной структуры.
Лео, услышав эти слова, вдохновился еще больше. По его глазам я поняла, что он уже жаждет научиться работать с рунами. Впрочем, я тоже хотела этого, особенно после того, как магистр сообщил нам, что с рунами мы сможем начать работать уже в первом триместре первого года обучения.
– До тех пор, пока вы не овладели собственным Даром, руны будут вашим основным рабочим инструментом, – сообщил магистр О'Ринэль. – Да и позднее они вам пригодятся, потому что с помощью рун вы сможете оформить сырую, не измененную Даром силу в четко выстроенное намерение, которое и является тем толчком, который запускает магическое воздействие любого вида.
На этом лекция завершилась, и нас отпустили на обед.
20. Новые друзья
Во время обеда Жисселия с подругами уселась за соседний с нами столик – так, чтобы оказаться у Беньямина на глазах, и старательно демонстрировала ему свои утонченные манеры. На тарелке ее красовались пара листочков зелени, половинка томата и миниатюрный кусочек запеченного птичьего филе. Похоже, мистрис Сервиль решила показать, что ест она не больше, чем певчая птичка.
Готова поклясться: Бен всех этих уловок и ухищрений попросту не заметил! С ним снова здоровался каждый, кто мог хоть как-то претендовать на звание давешнего знакомого, ему слали льстивые и заискивающие улыбки.
К счастью, так вели себя не все, и я решила повнимательнее присмотреться к тем, кто не спешил прогибаться и лебезить перед наследником императора. Нас, конечно, и так четверо, но неплохо бы найти еще друзей, и я об этом позабочусь!
Несколько послеобеденных часов нам отвели под отдых, посещение библиотеки и самоподготовку, а перед ужином нам предстояло сдвоенное занятие по предмету, название которого мы тут же сократили до ТП – телесные практики.
Сразу после обеда мы посидели некоторое время в читальном зале библиотеки, изучая и конспектируя дополнительную литературу по рунической магии, рекомендованную к самостоятельному изучению, а потом поспешили в свой дом: переодеваться.
Когда мы с Луизанной вышли из своих спален, переодетые в специальные брючные костюмы, не стесняющие движений, и обутые в высокие ботинки на шнуровке, наши напарники уже дожидались нас внизу, у лестницы.
– Нель, Лу! Какие у вас стройные… – Леонард, не скрывая восхищенного и по-мужски заинтересованного взгляда, ел глазами наши ноги, – фигурки! Бен, дружище, чувствую, после сегодняшнего занятия нам с тобой придется драться, отгоняя от наших подруг слишком настойчивых поклонников!
– Отгоним! – кивнул принц. Его взгляд был не менее заинтересованным, чем у Лео. – Пусть только попытается кто-нибудь позволить себе лишнее!
Мы с Лу переглянулись, смутились, порозовели: неприкрытое восхищение парней было нам обеим очень приятно, но показывать мужчинам ноги выше колен – ужасно непривычно и от этого стыдно...
– Вы-то сами глазами своих дев не слопайте, защитнички! – раздался сварливый голос тьюта Бурхока, и… Бен с Лео покраснели тоже!
