Нэя, глядя в зеркальную стену, примеряла новый наряд. Она сшила платье по памяти. Оно напоминало то самое платье, в котором она встретила Рудольфа в тот самый день в прихожей у Гелии. Ярко-синее с белым кружевом по подолу, кружевными рукавами, пышным воротником и синим бантом — цветком. Такой же бант-цветок на синей ленточке она прицепила к своим крашеным волосам. Смешная кукла, женщина двадцати девяти лет. Нелепо. Но ей захотелось возврата в прошлое. Что предшествовало той встрече в прихожей у Гелии? Почему она тогда так разрядилась? Не для Рудольфа. Ведь она не знала, что увидит его. Платье она сшила, охваченная вдохновением, а кого поразить? Да хоть кого.
Встреча с Реги-Моном была случайной, он возник на этой дороге, идя из центра столицы кратчайшим путем. Новый, украшенный затейливым каменным узором мост над рекой был на их окраине местом встреч для влюблённых. На нём назначали свидания, чтобы потом гулять в старом заброшенном парке или идти через него в «Сад свиданий» — место отдыха и прогулок для столичных жителей. Нэя загадала, что тот день и само платье станут для неё судьбоносными. Река казалась серой и пенилась зеленоватой сезонной тиной. Стоял некупальный сезон. Но местные активно ловили рыбу. Пляж при отсутствии светила, спрятавшегося за облаками, померк и уже не мерцал розоватыми искрами. Реги-Мон и Нэиль в любую погоду любили кататься тут на лодке. И если Реги искренне увлекался порой рыбной ловлей, то Нэиль никогда, считая это увлечение слишком уж простонародным.
Итак, она стояла в то утро у ограждения моста и смотрела на реку, охваченная предчувствием чего-то удивительного, что, наконец-то, произойдёт. Река как подвижная дорога тянула куда-то, откуда доносился уже зов несомненного счастья… Тускнеющее от набухающих грядущей непогодой туч, небо опрокидывалось зелёным мерцанием в реку и ничуть не мешало предаваться утренним мечтам. И душа вдруг в отрыве от неё самой, прикованной к мосту, прыгнула в речной поток и понеслась куда-то к далёкому — далёкому горизонту, где и ждал её тот самый загадочный акробат, звал…
Реги-Мон как будто почувствовал её состояние, заволновался в странном ревнивом порыве. Как будто сумел уловить присутствие соперника в её мыслях, имея на неё некие права будущего владения. Он сразу же затеял разговор про акробата, появившегося в Саду Свиданий. То, что он собирался палить в незнакомца из оружия без всякой на то причины, сам же натравив на того толпу своих дружков, выявило его для Нэи с такой стороны, какой она в нём и не предполагала. Впервые ей захотелось, чтобы он шёл своим путём и не лез со своим общением всегда свысока и насмешливо. Помог налетевший ветер, он сорвал с её головы кружевной шарф, и она с готовностью отвернулась от того, в кого, как оказалось, вовсе не была влюблена. Если с такой лёгкостью это чувство, идущее из детства, слетело с неё прочь, чего оно и стоило?
Она не успела схватить шарф рукой, и. тончайше-паутинный, он взмыл кверху. Реги-Мон почему-то не захотел поймать его, хотя ему достаточно было всего лишь протянуть руку, — он же был намного выше Нэи и руки длиннее. То ли он не выспался и спал на ходу, то ли хотел потешиться над её отчаянием, следя, как ветер уносил сложнейшее воздушное плетение, созданное руками волшебницы — бабушки. Он как будто учуял, что тот, в чью спину подло целились из оружия, уже вытеснил его из сердца этой чудесной девочки, хотя осознанного понимания могло и не быть. А она уже знала, первая влюблённость в друга брата выметена из неё. И сдуло её легко и внезапно, как и тот шарфик с волос, вовсе не в Саду Свиданий, а гораздо раньше, здесь у реки, в реке, когда загадочный, плохо одетый, то ли бродяга, то ли бедный прохожий, но с необыкновенной выправкой рослой фигуры и поразительно-красивым лицом, предлагал обучить её плаванью… а вот Реги-Мон никогда такого не предложил, ни разу. Ему было безразлично, умеет она плавать или нет…
Войдя в хрустальную мансарду, Рудольф увидел куклу, сидящую у прозрачной стены на белом диване, в кружевах, с бантом и печальными аквамариновыми глазами. И накрыло ощущение, что произошёл поворот времени. Кукла встала и прижалась к нему, пряча печальное лицо на его груди. Он, смеясь и радуясь, стал её ласкать, гладя грудь через платье, — У тебя уже есть мужчина? — это была игра-напоминание о той встрече на Дальних Песках, где он пугал её своим натиском… хотя вовсе не собирался воплотить игру в реальность жизни.
— Ты и правда думал, что я была такая же, как те девушки, что роились вокруг Гелии?
— Нет. Я же видел твои чистые глаза, милое и наивное лицо. Я с тобой играл.
— Я тебя боялась. Гелия пугала, что ты опасный. Тон-Ат тоже…
— Ты верила?
— Да.
— Почему ты была грустной в тот день? — он сел на диван и посадил её к себе на колени.
— В какой именно?
— Когда мы встретились у Гелии после той встречи в Саду свиданий.
— Почему ты настолько внезапно ушёл из Сада Свиданий? Испугался Реги-Мона?
— Разве он там был?
— А кто же тебя и отогнал от меня? Ты разве забыл?
