Тефт сел рядом со Скаром, изучил его своими темно-зелеными глазами, под которыми были мешки. Каладин назвал их обоих лейтенантами, вместе с Камнем и Сигзилом, но на самом деле их роли никогда не соответствовали этому рангу. А Тефт безупречно соответствовал тому, каким должен быть взводный сержант.
— Вот, Лейтен принес еды. — Тефт вручил Скару чуту — мясные шарики, завернутые в лепешку, по-гердазийски. — Поешь что-нибудь, парень.
Скар заставил себя сесть.
— Тефт, я не настолько моложе тебя. Вряд ли меня можно назвать парнем.
Тот кивнул, жуя свою чуту. Наконец Скар принялся за еду. Чута была хороша, не такая пряная, как большинство алетийских блюд, но все равно хороша. Вкусная.
— Все мне говорят, что я скоро пойму, в чем суть, — проворчал Скар. — Но если не пойму? У ветробегунов не будет места для лейтенанта, который вынужден всюду ходить пешком. В итоге я буду стряпать обеды, как Камень.
— Нет ничего плохого в том, чтобы быть в команде поддержки.
— Прости, сержант, но шло бы все в бурю! Знаешь, как долго я ждал, чтобы взять в руки копье? — Скар дотянулся до оружия, лежавшего рядом с его ранцем, и положил поперек колен. — Я с ним хорош. Я могу сражаться. Только вот…
Лопен покинул потолок, перевернулся ногами вниз и изящно спланировал на пол. Он рассмеялся, когда Бисиг, в свою очередь, попытался взлететь к потолку и врезался в него головой. Бисиг вскочил на ноги и смущенно посмотрел на них сверху. Но разве у него был повод смущаться? Он же стоял на потоке!
— Ты раньше служил в армии, — предположил Тефт.
— Нет, но не потому, что недостаточно пытался. Слышал про «черных шапок»?
— Личная гвардия Аладара.
— Скажем так, их не впечатлило мое заявление.
«Да, мы принимаем темноглазых. Но не недомерков».
Тефт хмыкнул, жуя чуту.
— Они добавили, что могут передумать, если я добуду снаряжение, — продолжил Скар. — Знаешь, сколько стоит броня? Я был глупцом-камнеломом, мечтавшим о боевой славе.
Раньше они не говорили о своем прошлом. Теперь все иначе, хотя Скар не смог бы определить, когда это началось. Слова лились из него, как часть очищения души, пока он становился кем-то более значимым.
Тефт пристрастился ко мху. Дрехи поднял руку на офицера. Эта поймали, когда они с братом собирались дезертировать. Даже простак Хоббер умудрился поучаствовать в пьяной драке. Зная Хоббера, он, скорее всего, поддался общему настроению взвода, но в итоге убил человека.
— Думается, — пробормотал Тефт, — наш великий и могучий предводитель мог бы уже сюда добраться. Клянусь, Каладин своим поведением с каждым днем все больше смахивает на светлоглазого.
— Смотри, чтобы он не услышал, — заметил Скар.
— Буду говорить что хочу, — огрызнулся Тефт. — Если этот парень не придет, может, мне стоит уйти. У меня есть дела.
Скар нерешительно взглянул на Тефта.
— Да я не об этом! — зарычал тот. — Я уже много дней не прикасался к зелью. Можно подумать, никто из вас никогда не пьянствовал ночь напролет!
— Тефт, я ни слова не сказал.
— Зная, через что мы прошли, было бы безумием думать, что нам не понадобится какая-нибудь поддержка, чтобы проживать день за днем. Проблема — не мох. Проблема в том, что весь шквальный мир сходит с ума. Вот в чем дело-то.
— Ты прав.
Тефт посмотрел на Скара, а потом вперил взгляд в свою свернутую чуту:
— Ну так… как давно парни знали? Кто-то из них…
— Недавно, — быстро проговорил Скар. — Никто об этом даже и не думает.
Тефт кивнул и проглотил ложь. Правда заключалась в том, что почти все заметили, как Тефт ускользает время от времени, чтобы растереть немного мха. В армии это не было чем-то необычным. Но то, что делал он — пропускал дежурства, продавал униформу, спал в переулке, — это совсем другое дело. За такое в лучшем случае увольняли. А в худшем… ну, могли и отправить на мосты.
Проблема заключалась в том, что они больше не были обычными солдатами. Но и светлоглазыми тоже не стали. Они превратились в нечто странное, никому не понятное.
— Не хочу об этом говорить, — буркнул Тефт. — Послушай, мы ведь уже не раз обсуждали, как сделать так, чтобы ты засветился? Вот это и есть проблема, которую надо решать.
Не успел он надавить сильней, как Каладин Благословенный Бурей наконец-то соблаговолил появиться и привел с собой разведчиц и соискателей из других мостовых отрядов, которые пытались втягивать буресвет. Пока что ни у кого, за исключением членов Четвертого моста, это не получилось, но они включали и тех, кто на самом деле не носил мосты: Уйо и Пунио — кузены Лопена, — а также ребята вроде Коэна из старой Кобальтовой гвардии, которого завербовали в Четвертый мост пару месяцев назад. Так что сохранялась надежда, что у остальных получится.
Каладин привел около тридцати человек помимо тех, кто уже тренировался с их отрядом. Судя по нашивкам, эти тридцать были из других армий — и среди них встречались светлоглазые. Каладин упоминал о том, что попросил генерала Хала собрать самых многообещающих рекрутов по всей армии алети.
— Все здесь? — спросил Каладин. — Хорошо.
