— Да, — согласился Каладин. — Я все-таки хочу еще раз все проверить, двигаясь перед бурей. — Он взял короля за плечо, и Элокар начал медленно опускаться.
Каладин отправил их вниз по очереди, и когда его ступни наконец-то коснулись камня, Далинар вздохнул с облегчением. Они были всего в одном плато от военного лагеря, где солдат на сторожевом посту махал им уж очень энергично. Через несколько минут их окружил отряд холиновских солдат.
— Светлорд, мы проводим вас за стены, — сказал их капитан, держа руку на навершии меча. — Панциреголовые все еще здесь.
— Они нападали так близко к военным лагерям? — с удивлением спросил Элокар.
— Нет, но это не означает, что не нападут, ваше величество.
Далинар не так уж сильно волновался, но промолчал, когда солдаты провели его и остальных в военный лагерь, где светлость Джасалай — высокая, статная женщина, которую Далинар поставил во главе поселения, — встретила их и сопроводила дальше.
Проведя так много времени в чуждых коридорах Уритиру, Далинар по пути через военный лагерь, который служил ему домом на протяжении пяти лет, немного расслабился. Отчасти потому, что все осталось почти нетронутым; поселение довольно хорошо перенесло Бурю бурь. Здания большей частью представляли собой каменные бункеры, и западный край бывшего купола служил надежным ветроломом.
— Я беспокоюсь лишь о снабжении, — признался он Джасалай после короткого обхода. — Это долгий поход от Нарака и Клятвенных врат. Боюсь, разделив свои силы между Нараком и Уритиру, мы увеличиваем нашу уязвимость.
— Это правда, светлорд, — согласилась женщина. — Я лишь предлагаю варианты.
К сожалению, это место должно было им понадобиться для фермерства, не говоря уже о древесине. Вылазки на плато за светсердцами не могли вечно поддерживать население города-башни, особенно с учетом предположений Шаллан о том, что они, видимо, почти полностью истребили ущельных демонов.
Далинар посмотрел на Навани. Его жена думала, что они должны основать новое королевство здесь, на Расколотых равнинах и вблизи от них. Привезти фермеров, отправить в отставку пожилых солдат, заняться производством в куда большем масштабе, чем они когда-либо пробовали раньше.
Другие возражали. Имелась причина, по которой Ничейные холмы не были густо заселены. Жизнь здесь не из легких — камнепочки росли маленькими, поля давали меньший урожай. И разве можно основывать новое королевство во время Опустошения? Лучше защищать то, что у них есть. Алеткар, скорее всего, способен прокормить Уритиру — но это зависело от того, смогут ли Каладин и Элокар отвоевать столицу.
Обход закончился трапезой в бункере Далинара, в его бывшей гостиной, которая теперь выглядела голой, потому что бо́льшую часть мебели и ковров перевезли в Уритиру.
После перекуса он подошел к окну, чувствуя себя до странности неуместным. Он покинул этот военный лагерь всего десять недель назад, тут все было очень знакомым — и одновременно чужим.
Позади Навани и ее письмоводительница ели фрукты и тихонько обсуждали какие-то наброски, сделанные его супругой.
— Ох, светлость, думаю, другие тоже должны это испытать! — воскликнула письмоводительница. — Полет был замечательным. По-вашему, как быстро мы перемещались? Я считаю, мы могли набрать скорость, какой не достигал ни один человек с самого Отступничества. Подумайте об этом! Безусловно, мы были быстрее самой проворной лошади или корабля.
— Рушу, сосредоточься, — одернула ее Навани. — Мой набросок.
— Светлость, не думаю, что расчеты правильные. Нет, такой парус никогда не будет стоять.
— Они и не должны быть совершенно точными, — возразила Навани. — Это просто концепция. Я спрашиваю: она может сработать?
— Понадобятся крепления. Да, крепления точно будут нужны. И рулевой механизм… определенно есть над чем поработать. Это весьма разумно, светлость. Фалилар должен это увидеть; он скажет, можно такое построить или нет.
Далинар отвернулся от окна, поймав взгляд Навани. Та улыбнулась. Она всегда называла себя не ученой, а покровительницей ученых. Навани говорила, что ее роль — воодушевлять и направлять настоящих ученых. Любой, увидев свет в ее глазах, когда она взяла чистый лист и начала набрасывала свою идею в развитии, понял бы, что она чересчур скромна.
Его жена рисовала новый эскиз, но потом глянула в ту сторону, где установила даль-перо. Рубин мигал.
«Фэн!» — подумал Далинар. Королева Тайлены попросила, чтобы во время утренней бури Далинар наслал на нее видение Ахаритиама, о котором она знала из опубликованных описаний видений Далинара. Он с неохотой отправил ее туда одну, без присмотра.
Они ждали, что королева думает об увиденном. Утром она не ответила на их просьбы о беседе.
Навани подготовила даль-перо и позволила ему начать писать. Оно замерло почти сразу.
— Коротко. — Далинар шагнул к жене.
— Всего одно слово, — сказала Навани и посмотрела на него. — Да.
Далинар перевел дух. Она согласилась посетить Уритиру. «Наконец-то!»
