— Светлорд, он просто знакомится с обычными людьми, — пояснил Башин, забирая огненный мох и пряча в карман. — Вы же знаете, мы, темноглазые, погрязли в пороках. Нам нужны хорошие образцы для подражания…
Он осекся, когда Далинар поднял руку. Великому князю не требовалось заступничество подчиненных.
— Тох, что случилось?
— Они собирались послать гонца, — начал объяснять ририец, — но я решил доставить новость сам. Видишь ли, моя сестра. Еще немного рано, однако повитухи не удивлены. Они говорят, это естественно, когда…
Далинар ахнул, как будто его ударили кулаком в живот. «Рано. Повитухи. Сестра».
Он рванулся к двери и не услышал, что еще бормотал Тох.
Эви словно побывала в сражении.
Он много раз видел это выражение на лицах солдат: вспотевший лоб, этот наполовину ошеломленный, сонный взгляд. Спрены изнеможения метались в воздухе. Это был знак того, что человек вышел за пределы собственных возможностей.
Жена улыбалась спокойно и удовлетворенно. Улыбка победительницы. Далинар протолкался сквозь хлопотавших над Эви лекарей и повитух, подошел к ее кровати. Она протянула к нему слабую руку. Левую руку, завернутую в тонкий мешочек, заканчивавшийся у запястья. Для алети это было интимным жестом. Но Эви все равно предпочитала левую руку.
— Ребенок? — прошептал он, взяв ее.
— Сын. Здоровый и сильный.
— Сын. У меня… у меня есть сын? — Далинар рухнул на колени рядом с кроватью. — Где он?
— Его моют, мой господин, — сообщила одна из повитух. — Скоро принесут сюда.
— Оторванные пуговицы, — прошептала Эви. — Далинар, ты снова дрался?
— Просто небольшое развлечение.
— Ты каждый раз так говоришь.
Далинар сжал ее руку через покров, слишком восторженный, чтобы огрызнуться в ответ на выговор.
— Ты и Тох прибыли в Алеткар, потому что хотели, чтобы кто-то защитил вас. Ты сама искала борца.
Эви сжала его руку в ответ. Подошла кормилица со свертком в руках, и Далинар уставился на нее снизу вверх, потрясенный, не в силах подняться.
— О да, — захихикала женщина. — Многие мужчины сперва боятся, но…
Она осеклась, когда Далинар собрался с силами и выхватил ребенка из ее рук. Он поднял мальчика на вытянутых руках и радостно рассмеялся. Вокруг него вспыхнули золотые сферы — спрены славы.
— Мой сын!
— Мой господин! — воскликнула кормилица. — Будьте осторожны!
— Он Холин, — возразил Далинар, баюкая ребенка. — Он крепкий. — Князь посмотрел на мальчика, который с красным лицом извивался и лупил крошечными кулачками. У ребенка были потрясающе густые волосы, смесь черного и золотистого. Хороший цвет. Отличительный.
«Малыш, надеюсь у тебя будет сила отца, — подумал Далинар, потирая лицо ребенка пальцем, — и хоть отчасти сочувствие матери».
Глядя в это лицо, переполненный радостью Далинар наконец-то понял. Вот почему Гавилар так много думал о будущем, об Алеткаре, о том, чтобы создать королевство, которое просуществует долго. Предшествующая жизнь Далинара запятнала его алым и разбило душу. Его сердце обросло такой коркой крема, что почти превратилось в камень.
Но этот мальчик… он сможет править княжеством, помогать кузену-королю и жить с честью.
— Светлорд, его имя? — спросила Ишал, пожилая ревнительница из обители чистоты. — Я сожгу нужные охранные глифы, если вас это порадует.
— Имя… — забормотал Далинар. — Адода. — «Свет». Он посмотрел на Эви, и та кивнула.
— Без суффикса, мой господин? Адодан? Адодал?
— Лин, — прошептал Далинар. «Рожденный для чего-то». — Адолин.
Хорошее имя, традиционное, полное смысла.
Далинар с сожалением уступил ребенка нянькам, которые вернули его матери, объяснив, что необходимо как можно скорее обучить дитя сосать грудь. Многие покинули комнату из приличия, и, пока они уходили, Далинар заметил позади всех царственный силуэт. Как это он не увидел, что Гавилар тоже здесь?
Король схватил брата за руку и от души похлопал по спине, пока они выходили из комнаты. Далинар был так потрясен, что почти ничего не ощутил. Он должен был отпраздновать — купить выпивку каждому солдату или просто пробежать через город, вопя от радости. Он стал отцом!
— Прекрасный день, — радовался Гавилар. — В высшей степени прекрасный.
— Как ты это сдержал? — спросил Далинар. — Этот восторг?
Гавирал ухмыльнулся:
— Я позволил этому чувству стать моей наградой за выполненный труд.
Далинар кивнул, потом посмотрел на брата.
— Что такое? — спросил Далинар. — Что не так?
— Все в порядке.
— Гавилар, не лги мне.
— Я не хочу портить тебе чудесный день.
— Вопросы без ответов испортят его больше любых слов. Выкладывай.
Король поразмыслил, потом кивком указал на логово Далинара. Они пересекли главную комнату, прошли мимо мебели, которая выглядела слишком эффектной: красочная, с цветочными узорами и плюшевой обивкой. Отчасти виной тому был вкус Эви, хотя на самом деле… жизнь теперь была такая. Вся его жизнь превратилась в сплошной плюш.
Кабинет он устроил на свой лад. Несколько стульев, очаг, простой коврик. Шкафчик с разными экзотическими и крепкими винами, каждое — в особой бутылке. Это была та разновидность напитков, пить которые почти стыдно.
