Квадроцикл подпрыгивает и кренится на тряской дороге, она идет все круче вниз, становится все у́же, ехать здесь можно с большим трудом. Я вижу мостки, вдали какой-то силуэт, руки обвивают ребенка, я снова воплю
Здесь совершенно пусто.
На мостках только столб с висящим на нем оранжевым спасательным кругом. А повсюду вокруг безлюдного черного озера горит лес, большая пылающая сосна обрушивается в тихую воду на дальнем берегу – медленно, со стоном, треском и шипением ухает вниз. Пепел и искры взметаются в воздух подобно рою насекомых и жалят, тлеющие крупицы зло жгут, приземляясь мне на оголенные руки, плечи, грудь, на руках у меня рабочие перчатки, я неуклюже пытаюсь смахнуть с себя пепел, как вдруг замечаю боковым зрением странный отблеск, и в следующее мгновение меня пронзает боль, я кричу и бью руками по голове, пытаюсь смахнуть огонь, реву и вою от боли, тянусь к багажной корзине за бутылкой воды и, чуть не роняя, выливаю ее содержимое себе на голову.
Продолжая всхлипывать и постанывать от боли, пытаюсь развернуть квадроцикл, но место слишком узкое для прицепа, пляж огорожен большими камнями, мне нужно сдать вверх, я пробую въехать задом по крутому склону, дым въедается в глаза вместе с углекислым газом от минералки, я нахожу подходящее место и сильно сдаю назад, подальше от озера и пляшущего огня, квадроцикл трясется, его шатает, раскачивает, прицеп разворачивает не в ту сторону, и он влетает в кусты, я матерюсь, подаю вперед, потом снова пытаюсь сдать задом, теперь дело идет лучше, я взбираюсь повыше в лес, вот я уже среди деревьев, которые защищают меня от этого ужасного дыма.
Шок отступил, я притрагиваюсь рукой к волосам, вскрикиваю, когда грубая ткань перчатки касается обожженной раны на голове.
Я продолжаю ехать задом вверх по склону, бросая взгляды за спину, дорога в том направлении выравнивается и становится шире.
Доехав до конца тропы, я снова оказываюсь на лесной дороге и начинаю выруливать колеса, чтобы развернуть прицеп, но наталкиваюсь на что-то, корень или камень, что-то мешает колесам, и в этот момент порывом ветра приносит серое клубящееся облако дыма и пепла, я слепну и газую вперед, чтобы перескочить через препятствие, но сзади что-то застряло, я переключаю на заднюю передачу и снова газую, чувствую, как колеса высвободились, что-то отпустило, приподняло, я бросаю взгляд вперед, чтобы понять, куда двигаюсь, но впереди сплошной серый туман, и когда я снова газую, то скорее слышу, чем чувствую, что колеса оторвались от земли, и точно так же скорее хлещущие меня по лицу и торсу ветви, а совсем не потерянное равновесие, дают мне понять: квадроцикл с прицепом переворачивается. А дальше все оказывается вверх ногами, лязг, стук и металлический грохот, летящая на меня сверху кувалда, сейф, меня прижимает к твердой сухой земле, плечом к стволу дерева, к шероховатой коре, немой, безразличной, не имеющей ни капли милосердия.
