— Тебе не за что извиняться, — мягко сказал детектив и поцеловал её в лоб. Боже мой, что же ему делать? Он желал, чтобы последние дни девушки прошли в покое, а она сама будоражит болезненные темы. А вдруг она будет обвинять себя во всех земных бедах и в мгновения до смерти? Как же тогда ей попасть в Рай?
— В лоб вообще-то покойников целуют, — сказала Диана и отодвинулась от детектива. — А я-то, пока что, жива, — она задорно улыбнулась и ткнула указательным пальцем себе в щёку. — Вот сюда можно.
Юноша засмеялся и выполнил просьбу возлюбленной.
***
Традиционно празднование Рождества припадает на предшествующий знаменательной дате вечер, что, впрочем, не помешало горожанам продолжить гуляния и седьмого января.
— Эта кутья такая вкусная, — довольно произнёс Мэтт, уплетая за обе щеки очередную тарелку.
— Да куда в тебя столько лезет-то?! — удивился Мэлло глядя на друга.
Ниа и Соломия никак не вмешивались в данный диалог: нескольких дней общения девочке хватило, чтобы понять, что, когда эти двое спорят, лучше отъехать на безопасное расстояние и на всякий случай кинуть в одного приставкой, а в другого — плиткой его любимого шоколада.
Диана сидела вместе с Эл и директором Вамми и лицезрела это по-своему милое взаимодействие маленьких гениев.
— Хе-хе, хотелось бы мне посмотреть, как они будут вместе распутывать дело, — Воланд мечтательно поднёс коготь к пасти.
— Даже не думай, — молвила Ну. — Как только… Если понадобиться, я тебя за хвост оттащу в мир Богов Смерти.
— Ах, Княгиня, сжалься надо мной! Хвост — это у меня больное место.
— Разве? А мне казалось, что голова.
— К ним быстро привыкаешь, — улыбнулся директор Вамми.
— К детям или к синигами? — спросил Диана.
— И к тем, и к другим, — только и ответил пожилой мужчина.
На самом деле, споры мальчишек больше не вызывали у девушки желание всеми правдами и неправдами примирить их, а ругань двух Богов Смерит — спрятаться как можно дальше. Даже в этих не утихающих ссорах была своя гармония. Девушка, неизменно закутанная в старый синий плед, лишь сильнее прижалась к детективу, и тот обнял её одной рукой в ответ.
Диана уже практически начала засыпать, как тут из страны Морфея её выдернул оглушающий рёв. Девушка вздрогнула и вскочила на ноги.
— Что это было?
— Ты это о чём?
— В-вы что, ничего не слышали?
— Я кажется что-то слышу, — произнёс Мэтт.
— Это трембиты, — Соломия подъехала к окну. — Но, кажется, они где-то далеко. Может быть на них играют в одном из ближайших сёл… Но в любом случае, они не близко. Странно, что ты их вообще услышала.
— Да. Хах, музыкальный слух, что поделать?
— Как ты вообще спишь с таким слухом? — улыбнулся Эл и подал знак директору Вамми. Они уже придумали его ещё неделю назад, и этот едва заметный знак означал, что пожилому человеку нужно увести детей подальше.
Диана тем временем сама стремилась уйти от всеобщих глаз. Делая шаг, она чувствовала каждую мышцу, свет слепил многострадальные глаза, биение собственного сердца оглушало и не давало здраво мыслить.
Уйти… убежать… спрятаться… скрыться…
Только эти мысли и роились в голове у девушки. Не нужно, чтобы все увидели, как ей станет совсем плохо.
— Эй, мой ру… — рядом предсказуемо появился Воланд.
— Сейчас?
— Э? — до Бога Смерти не сразу дошёл смысл вопроса.
А трембиты всё ревели и ревели где-то вдали.
— Не сейчас. Не сегодня. И даже не завтра.
— Почему? — округлив глаза, спросила девушка.
— Диана, иди к нам.
Сейчас? Нет, ещё не время.
— Ну же, мы ждём.
Но почему? Ей уже не страшно, она готова.
— Чего же ты ждёшь, Alice?
Да сколько можно её мучать?!
— У вас всё в порядке? — окликнула её дежурная медсестра.
Голос этой миловидной женщины раздался раскатистым громом возле самого уха.
— Да, в полном, — девушка с трудом выдавила из себя улыбку и продолжила удаляться вглубь коридора.
Шаги где-то вдали, шум от ламп, завывание ветра за окном, биение сердца и собственное дыхание — всё это раздавалось страшным грохотом, хотелось заткнуть уши и вообще больше никогда ничего не слышать.
— Диана! — зов Эл по громкости превзошёл все остальные шумы вместе взятые. Хотя, возможно, девушке просто показалось.
— В-всё в п-порядке, — еле выдавила из себя девушка.
Свет слепил глаза, но Диана всё же подняла взгляд на детектива. Почему он выглядит таким обеспокоенным? Может быть, что-то случилось? Так захотелось подойти, обнять, будто бы касания были также необходимы, как воздух.
Но едва сделав шаг, она испытала чудовищную боль по всему телу: вдоль позвоночника будто прошлась молния, в ноги будто разом воткнулось тысячу иголок, голова гудела от тягучей боли, в ушах звенело, а на глазах непроизвольно выступили слёзы.
Где-то вдали девушка вновь услышала, как Эл отчётливо зовёт её по имени, и уплывающие сознание отчаянно хваталось за этот зов…
Но попытки остаться в сознании были похожи на мольбы висящего над бездной о том, чтобы соломинка оказалась достаточно прочной.