Диана выдохнула и наконец-то закрыла крышку ноутбука. Она всё-таки нашла в себе силы позвонить через видеосвязь своим родственникам. Хоть они, по сути, были тем, что называют «седьмой водой на киселе», девушка считала для себя долгом попрощаться с ними: всё-таки тётя Мария, жена её крёстного, всегда возилась с ней, как с родной, а их дети, не так давно считали Диану своей полноправной старшой сестрой.
Именно поэтому девушке было так трудно прощаться с ними.
Она положила ноутбук на прикроватную тумбочку и дрожащими руками натянула плед до самой шеи. Тело плохо слушалось её, зато отлично ощущало холод.
— Лучше было бы наоборот, — буркнула девушка и перевернулась набок.
— Что-то ты со-о-овсем раскисла, мой ручной человек, — даже вечно хохочущий Воланд перебывал не в лучшем расположении духа.
После последнего приступа Диана пролежала без сознания два дня.
И сейчас она должна была сделать лишь одно — попрощаться со всеми.
Ведь девушка понимала, что следующий раз уже не проснётся.
Было холодно. Пальцы дрожали, в голове гудело, ног она и вовсе не чувствовала. Но хуже всего была эта сонливость. Нет, нужно ещё немного продержаться.
— Диана, — на пороге палаты появился Эл. — Ты уже закончила?
Девушке казалось, что детектив ещё никогда не выглядел таким уставшим. Её всё сильнее беспокоили мысли о том, как он будет возвращаться на прежнюю колею, после того, как она его выдернула из обыденного (по меркам гения) русла.
— Если врач снова решит прийти и окончательно меня достать, то я в него что-то кину, — на полном серьёзе заявила девушка.
— Ох, думаю, что он наконец-то решил оставить тебя в покое, — улыбнулся он. — Так ты закончила? Тут ещё кое-кто хочет с тобой поговорить, — детектив взял ноутбук с тумбочки и начал что-то набирать.
— Да, я уже…
— Что же, в таком случае, будем надеяться, что ты ещё не забыл японский.
Девушка округлила глаза, поняв, к чему клонит детектив. Как только значок на экране дал понять, что звонок принят, юноша тут же поспешил покинуть комнату:
— Не буду вам мешать.
— Диана-тян, — раздался радостный голос японки.
— Боже мой, Сакура, — девушка от радости закрыла лицо руками. — Я так рада тебя видеть, и слышать. Я так по тебе соскучилась!
Сакура Киномото появилась в её жизни совершенно неожиданно. Будучи корреспондентом университетской газеты, японка в совершенно неподходящее время решила взять у Дианы интервью — та едва не пропустила выходящего из раздевалки Киру! Но так уж вышло, что журналистка стала для неё первой и единственной подругой. Что подвигло Диану на эту дружбу? Жалость, что девушка была явным изгоем в университете? Солидарность, что она, как и её отец, телеведущий, не поддерживали действия Киры и не боялись открыто говорить об этом? Сочувствие, что Мидороки Киномото поплатился жизнью за своё мнение и был убит Вторым Кирой в прямом эфире? В конце концов, Сакура стала тем самым звеном, без которого победа над Кирой былабы невозможна.
И она прекрасно знала, кто скрывается под псевдонимом Alice, знала овсех тех убийствах, знала о лжи и притворстве. Но всё равно не отвернулась от Дианы. Всё равно осталась её подругой.
И конечно же она знала, что девушке осталось недолго.
— Как у тебя дела? Ты ведь вернулась в университет? Как мама и Рин? У вас всё хорошо? — затараторила Диана.
— Да, у нас всё в порядке. Но, Диана-тян, ты…
— Болею и сейчас нахожусь практически при смерти. Тут особо и говорить не о чём. А вот узнать, как обстоят дела у лучшей подруги, я просто обязана, — улыбнулась девушка.
— Ах, боже, Диана-тян…
— Давай, выкладывай, что у вас. Неужели что-то случилось?
— Нет, всё хорошо, — наконец заговорила Сакура. — Я вернулась на журналистику, сейчас там всех будто бы подменили! Все лезут со своим сочувствием, все яро осуждают Киру и его действия, хотя ещё летом боялись и голос подать. А так многие уже успокоились по этому поводу, за исключением, так сказать, отдельных телеканалов. Я, честно говоря, стараюсь об этом больше не думать. Берусь за любые статьи, кроме криминальной хроники, и … тенниса. У меня с ним связанны двоякие воспоминания. Ах, и ещё — я нашла работу! В газете при 24 канале. Я послала им несколько своих статей, и им понравилось! К тому же, я пишу под вымышленным именем: не хочу, чтобы все ассоциировали мои работы со случившимся с моим отцом… У мамы и Рина всё просто замечательно. Он, кстати, постоянно просит меня передать извинения за своё поведение при вашей первой встрече.
Эх, надеялась, что после исчезновения Киры всё уладиться, но у меня иногда складывается такое впечатление, что всех, причастных к этому делу, тянет друг к другу магнитом! Я постоянно где-то натыкаюсь на членов группы расследования. И на семью Ягами, тоже. Честно говоря, мне их искренне жаль. Я даже один раз Аманэ видела. Даже не знаю… Она убила моего отца, но…
— Мне тоже жаль. Их всех.
— А вот кого тебе точно не будет жаль, так это Токаду Хиёми. На нашу «королеву университета» весь предыдущий триместр никто не обращал внимание. Сильно сомневаюсь, что ситуация улучшиться после праздников.