Донна Рамона споткнулась и упала, в панике завизжав — понимая, что не успевает убежать. Донна Фиорелла только сейчас пришла в себя, попробовала отползти, но Анабель не атаковала, взметнувшиеся когти остановились в самый последний момент. Трансформация все еще продолжалась, а сила изменений оказалась столь велика, что телесная оболочка просто не выдержала и демонесса забилась в неконтролируемых конвульсиях.
В комнату уже залетели андроиды охраны, ограждая силовыми щитами бьющуюся в агонии демонессу, но Анабель постепенно затихала, трансформация уже почти уничтожила телесную оболочку. Донну Рамону и донну Фиореллу вывели — первой вкололи успокоительное, вторую повели в лазарет, у нее оказалось несколько травм.
В лазарете донну Фиореллу навестил дон Диего, коротко расспросил о случившемся. После, покачивая головой и совсем по-старчески покряхтывая, ушел. Сдал совсем командор-маршал — с предвкушением посмотрела ему вслед донна Фиорелла. Во-первых, она ждала что наконец-то маленький красноглазый ублюдок получит по заслугам, такого ему точно не простят. Во-вторых, случившееся выбило почву из-под ног Кальдерона, которому давным-давно пора на покой, освобождая место для других более достойных.
С такими мыслями — постепенно отходя от пережитого ужаса и чувствуя, как поднимается настроение, донна Фиорелла направилась к себе. По пути получила вызов от этой дерзкой пигалицы Веласкес, сегодня утром так неожиданно ее подставившей. Сейчас и этой достанется, будет знать с кем связываться — с торжествующей ухмылкой перешагнула порог апартаментов Сандры Веласкес донна Фиорелла, готовясь к жесткой отповеди.
Дрянная девчонка ждала ее за столом. Еще и имела наглость уже перекрасить волосы и галстук в красный цвет подобрать — забурлило в груди донны Фиореллы раздражение. Слишком уж сильно было испытанное утром унижение растерянности и неопределенности, когда без ее ведома прошла процедура реорганизации отрядов.
Сандра Веласкес омерзительно мило улыбнулась, приглашая донну Фиореллу пройти. Едва сделав шаг, краем глаза она увидела позади размытое движение, а потом ощутила тупой удар в затылок и рухнула на пол как подкошенная.
— Оболочка Анабель Сангуэса уничтожена, инфант Бартос убит, донна Фиорелла в лазарете! Как понимаю, Анабель пыталась избавить Бартоса от твоего яда, но что-то пошло не так. Не знаешь, что⁈
Веласкес серьезно нервничает — кулаки сжаты, взгляд напряженный, да и вообще ее заметно потрясывает.
— Не знаю, — отрицательно покачал я головой.
Не знаю, но уже хорошо догадываюсь.
— Уже утром сюда прибудет комиссия для выяснения обстоятельств гибели ментора!
— И Бартоса.
— Да плевать на него всем, умер и умер! — уже закричала, не сдерживая эмоций Веласкес. — Ты понимаешь, что тебе конец, никакой лорд-протектор не поможет!
Молчавшая Стефа тоже заметно заволновалась — даже маска на лице не помогала скрыть ее эмоций. Повернувшись и поймав взгляд зеленых глаз, я покачал головой, показывая ее сохранять спокойствие. Не очень подействовало — Стефа даже обхватила себя руками от волнения.
Да, повод волноваться есть. Веласкес не зря так испугана, я все прекрасно понимал. Не знаю, почему именно Анабель так поплохело от моего алого яда — скорее всего проблема вызвана нестандартной оболочкой, хотя это и неважно. Важно, что виновным так или иначе сделают меня, а вольно или невольно это случилось никого не волнует. Клан Сангуэса будет требовать моего наказания за убийство члена фамилии, так что протектор Рамиро действительно, даже если захочет, никак не сможет оставить меня в инкубаторе и не выполнить требование, тем более если его поддержат в Собрании Арагона.
Но, хотя паникующая Веласкес сейчас говорила только обо мне, в сложившейся ситуации «конец» с большей долей вероятности настает именно для нее. Мне ведь скорее всего предложат на выбор быть казненным за покушение на убийство патриция или пойти на условия донны Корнелии, согласившись на Анабель как ментора, а вот у этой шестнадцатилетней женщины будут определенные проблемы. Но есть и другие варианты действий, оставляющие нам окно возможностей и не зря Веласкес сюда так быстро прибежала, даже макияж не закончив.
Стефу в происходящее впутывать я не хотел, поэтому с вопросом показал взглядом на Веласкес и ткнул пальцем наверх. Стефа кивнула и после формальностей — с разрешением на выход с уровня, мы с Веласкес покинули ее кабинет. Отпустившей меня Стефе я только шепнул, чтобы не волновалась и что все будет хорошо, хотя спокойствия этим много не добавил. Едва оказавшись у себя в апартаментах Веласкес вновь собралась было наводить паническую суету, но я заговорил первым.
— Веласкес, это не мне конец, а нам обоим, ты же сама это прекрасно понимаешь.
В ответ она только сверкнула глазами, раздувая ноздри, но спорить не стала.
— Тебе конец, нам конец, какая разница?
— Никакой. Но ты истерику прекрати сначала, — вновь перебил я ее. — Или тебе просто не с кем поплакать было?
