— Реально в мире интеллигентный человек должен прекрасно знать, что любое понятие собственности — не что иное, как простое допущение. В форме займов, да, все блага существования присваиваются ему Божественным Провидением на определённое время. И здесь смерть действует как неумолимый судья, передавая блага из одних определённых рук в другие, и отмечая с большой точностью, которая не оставляет никаких сомнений, выгоду каждого Духа из преимуществ и льгот, которые были предоставлены ему Агентами Бесконечной Доброты. Здесь мы видим принципы причинности во всей своей силе проявления, поскольку в нормальном использовании или злоупотреблении резервов жизни, которые представляют Вечное Имущество Божье, каждая душа создаёт в своём собственном сознании кредиты и долги, которые неотвратимо привлекут к ней радости или печали, лёгкости и препятствия пути. Чем более полными становятся наши знания, тем большую ответственность мы несём перед лицом нишах деяний. Через свои мысли, слова и действия, постоянно исходящие из нашего сердца, мы постоянно тратим и преобразуем энергии Господа на протяжении нашего эволюционного путешествия в секторах опыта. А из ценности суммы того позитивного или негативного перед Законами Судьбы вытекает жизнь, организованная в нас самих своими намерениями и приложениями в чувствах и практике поступательного движения.
В этот момент его ценного объяснения Хиларио скромно спросил:
— Дорогой Наставник, перед той серьёзностью, в которую облекается для нас этот урок, что мы должны понимать под словами «добро» и «зло»?
Санцио сделал жест благожелательной терпимости и ответил:
— Давайте избегать погружения в лабиринты философии, несмотря на то уважение, которое мы питаем к ней, поскольку мы находимся не в обществе, предназначенном специально для фехтования словами. Прежде всего, постараемся упростить. Аегко познать добро, когда наше сердце питается доброй волей перед Законом. Добро, друг мой, представляет собой прогресс и счастье, безопасность и справедливость для всех нам подобных и для всех существ, находящихся на нашем пути, для которых мы должны заложить интересы нашей исключительности, но без малейшего стеснения, идущего от чисто человеческих критериев, которые поставили бы нас в неравное положение во время работы, поскольку они действуют снаружи вовнутрь, очень часто создавая неповиновение и возмущение в лоне нашего внутреннего мира, к нашему самому великому несчастью. Таким образом, добро будет нашим добровольным сотрудничеством с Законом, на благо всем, даже если это потребует от нас наиболее полного самоотречения, исходя из того, что мы знаем, что помогая Закону Господа и действуя в соответствии с ним, мы будем иметь его помощь и поддержку в области вечных благ. А зло всегда будет представлено печальной склонностью добра, направленного только на нашу личность, проявляясь в эгоизме и тщеславии, в непоследовательности и гордыне, которые характеризуют постоянное присутствие в низших линиях духа.
После короткой паузы Министр добавил:
— В нашем Господе Иисусе Христе мы имеем парадигму Вечного Добра на Земле. Отдав на пользу другим всё, что есть в его личности, он не колебался в принятии высшей жертвы в помощи для всех, чтобы превалировало всеобщее добро, даже если его участью станут непонимание и страдание, бичевание и смерть.
В образовавшейся за этим паузе я, изголодавшийся по просвещению, осмелился спросить:
— Благородный друг, не могли бы мы услышать от вас, в какой-либо мере, рассуждения о кармических знаках, которые мы носим в себе?
После некоторого размышления Санцио сказал: