- Совсем страх потеряли, братьев себе придумывают, – заворчала тетка и скрылась за своим забором.
- Бесят такие челы, – честно призналась Лида.
- Да меня сейчас всякие бесят, – махнула рукой Галка.
Остаток пути до нижней калитки “Южного Поместья” прошел в напевании все той же песни, разговорах про то, что Таня Буланова – красивая женщина, и воспоминаниях Лиды о выступлении “Зверей” на чемпионском параде СКА.
- Ну что ж, вот он, наш Рубикон, – вздохнула Галка, указав на калитку.
- Че? – не поняла Лида.
- Это значит точка невозврата, – объяснила Женя.
- Именно, – кивнула Галя. – Река, перейдя которую, на исходный берег уже не вернешься. Ха, когда мы с тобой с балкона спускались, то я думала что это – Рубикон. Но оказалось, что нет. Дорогие мои менты, Дымов и Порохня, Мора и Барабаш, – она повернулась лицом к подругам, – боюсь, что другой возможности сказать вам эти слова у меня уже не будет. Да и момент подходящий. Как руководитель и главный идейный вдохновитель я у вас прошу прощения за все мои дурости, ляпы, и от всего сердца благодарю, что вы были со мной рядом во время всего этого безумия.
Она козырнула соратницам, взметнув два пальца к треуголке, и поклонилась. В порыве Лида подняла кулак в знак сестринства и крепко обняла подругу, едва не плача. Женя тоже обняла Галю и вздохнула. Кови она и есть Кови.
- Ну что ж, перед смертью не надышишься, – вздохнула она с таким видом, будто и правда шла на смерть и подняла глаза наверх. – Какой туман все-таки сегодня классный!
- Это да, – кивнула Лида.
- Ночью были дожди-пистолеты, – попыталась пошутить Женя.
- А утром туманы-кинжалы, – хмыкнула Галя.
- А почему кинжалы? – не поняла Лида.
- Да потому что только с кинжалами складно, – пожала плечами Галя. – Туманы-шпаги, туманы-мечи, туманы-сабли.. так ладно, все, пошли. Лидок, ты первая. Ма шер..
- Я с вами, – заявила Евгения.
- Тогда ты следом. А я последняя.
- Галик, почему? – Лида чувствовала себя дурой.
- Потому что капитан покидает корабль последним, – улыбнулась Николина. – Я же Кови!
- Точняк, – кивнула Лида и тут же, забросив ногу на железные перилла, огораживающие резкий обрыв с холма в низину, ловко перелезла через ворота, по старой памяти хватаясь за завитки и ставя ногу на столб. Эту же операцию проделала ловкая Женя, а следом, в последний раз оглянувшись на туман, и Галя, как обещала, покинула “корабль”.
Есть такой термин – выстрел в упор. Вот примерно такое ждало всех троих, когда они, не замеченные тетей Варей и дядей Пашей, о чем-то бурчащих между собой на кухне, завернули за угол! Что они увидели? Обнимающихся и целующихся Костю и Вику!
- Ыах!.. – вскрикнула, вылупив глаза, Лида, не матернувшись только потому, что у нее как язык отнялся.
- Йок-карный Йокерит!!.. – просипела Галка так, будто ей дали под дых, схватившись рукой за треуголку, словно драгоценную шляпу едва не сорвало порывом ветра, вместе с головой.
- Из Йошкоролы.., – пробормотала Женя, у которой глаза едва из орбит не выскочили.
- Магияяя.., – все трое, как по команде, выдохнули, хотя не сговарились. А что, разве не магия?!
Как отреагировали Костя и Вика? Ну, они не в таком конечно шоке были, скорее как пришибленные от счастья, что сестры стоят в паре шагов от них, живые и здоровые, хотя и в таком почти разбойничем виде – одна в какой-то цыганской шали, другая вообще в треуголке!
- Вы театр или музей ограбили? – на автомате, первое, что пришло в голову, нервно усмехнувшись, спросил Николин.
- Нас разведка ЧК завербовала, – точно так же криво пошутила, а впрочем не так уж пошутила, едва внятно проговорив от полного шока и неверия своим глазам и ушам, Галка.
Дальше кривых шуточек не было. И взаимных упреков, хотя их стоило ожидать, тоже, потому что все давно друг друга простили, поняли, да и сложилось все так, что лучшего и желать было нельзя. Грех жаловаться! Были лишь безудержная радость, счастье, объятия, только положительные эмоции. Глядя на эту никак не приходящую в себя от счастья воссоединения душащую друг друга в объятиях четверку, растроганно улыбающаяся, едва держащая предательскую слезинку и скромно стоящая в сторонке Женя вдруг заметила, как они похожи на крепкую, дружную, любящую семью. А что, даст Бог, и это вполне себе может быть семья!
- Ага, я так и понял, – ухмыльнулся Костя, обратив внимание на Женю. – Ну чего ты там притулилась, как неродная? Иди сюда тоже, соучастница!
Так в объятиях новоиспеченных кандидатов в семью оказалась и Мора. Упреков кстати правда не было. Но не обошлось без другого.
- Пообещай мне, – поставив сестру, как маленькую, на скамейку, совершенно серьезно сказал Константин, – вот пообещай, что больше не будешь никого сводить, устраивать спецоперации, строить всякие гениальные планы, апломбы...
- Ой, мне это уже и не надо! – ухмыльнулась Галка. – Миссия-то выполнена, ха.. Эээ, стоп, ты наш журнал читал?!
- А вам в ЧК не рассказали, как секретные документы не пересылать через контакт? – усмехнувшись, спросила Вика.
Галя, а с ней и Лида густо покраснели.
- И запирать двери при диалоге с радистом тоже, – добавил Костя.
