Алисса скроила обиженную мордочку, но ненадолго.
— Хотите выпить?
Он покачал головой.
— Пива?
— Нет.
— Шампанского?
— Нет, спасибо.
— Мартини? Негрони? Текини? «Маргариту»?
— Ничего не надо.
Снова та же гримаска.
— Вы не пьете?
— Иногда. Не сейчас.
— У вас такой напряженный голос. Вам надо…
Мобильник зазвонил снова. Гурни посмотрел, кто это, и убедился, что Мадлен. Он выждал еще немного, словно хотел, чтобы включился автоответчик, но потом, притворяясь раздраженным, нажал кнопку.
— Ну что еще? — Пауза. — Сейчас не время… Да ради бога… — Он снова помолчал, принимая все более раздраженный вид. — Послушай. Пожалуйста. Я сейчас занят. Да… Нет… Не сейчас!
Он снова нажал отбой и убрал телефон в карман.
Алисса лукаво улыбнулась.
— Проблемы с девушкой?
Он не ответил, мрачно уставившись на кофейный столик.
— Вам надо расслабиться. Стряхнуть все это напряжение, я прямо отсюда чувствую, до чего вы скованны. Могу как-то помочь?
— Ну, мне бы помогло, если б вы оделись.
— Оделась? Да я же одета!
— Не слишком.
Губы ее расползлись в медленной, холодной улыбке.
— А вы забавный.
— Ладно, Алисса. Хватит. Перейдем к делу. Зачем вы хотели меня видеть?
Улыбку сменила очередная недовольная гримаса.
— И что вы такой бука? Я просто хотела помочь.
— Как?
— Хотела помочь вам понять реальное положение дел, — произнесла она с таким жаром, точно этот ответ все объяснял. А когда Гурни в ответ лишь выжидающе уставился на нее, снова пустила в ход улыбку. — А вы точно не хотите выпить? Может, «Текилу Санрайз»? Я потрясающе готовлю «Текилу Санрайз».
Он с демонстративной небрежностью потянулся к бедру, почесал место, которое вовсе не чесалось, и включил прикрепленный к поясу диктофон, неловко скрыв тихий щелчок за громким кашлем.
Алисса улыбнулась еще шире.
— Хотите, чтоб я заткнулась, солнышко, так это самый верный способ.
— Простите?
—
— Что такое? — Гурни по мере сил воспроизвел выражение лица человека, который знает, что проштрафился, но изображает святую невинность.
— Что это у вас там за штучка на поясе?
Он скосил глаза вниз.
— Ах, это… — Он кашлянул. — Ну, в общем-то, диктофон.
— Диктофон. Без шуток! Можно взглянуть?
Он заморгал.
— Ну, конечно.
Отстегнув записывающее устройство, он протянул его через стол Алиссе.
Она взяла диктофон, внимательно осмотрела, выключила и положила на диван рядом с собой.
Гурни озабоченно нахмурился.
— Верните, пожалуйста.
— Подойдите и заберите.
Он посмотрел на нее, на диктофон, снова на нее, потом снова откашлялся.
— Это же рутинная процедура. Я всегда записываю все встречи. Очень полезно, чтобы потом не спорить, что говорилось или какие были приняты договоренности.
— Правда? Ух ты! И как же я об этом не подумала!
— Так что, если не возражаете, мне бы и нашу встречу хотелось записать.
— Да? Что ж, как сказал Санта-Клаус жадному мальчику, хрен тебе.
Он изобразил недоумение.
— Зачем поднимать столько шума из-за такого пустяка?
— Никакого шума. Просто не хочу, чтобы меня записывали.
— Я думал, так нам обоим будет лучше.
— А я не согласна.
Гурни пожал плечами.
— Ну ладно. Будь по-вашему.
— Что вы собирались с этим делать?
— Как я уже говорил, если впоследствии возникнут разногласия…
Телефон у него зазвонил в третий раз. Мадлен. Он нажал кнопку.
— Боже, теперь-то что? — произнес он в трубку таким тоном, будто его это все уже достало. А следующие десять секунд изображал, как окончательно выходит из себя. — Знаю… Хорошо… Хорошо… Боже, а нельзя нам поговорить об этом потом?.. Хорошо… Да… Я сказал — да! — Он отнял телефон от уха, посмотрел на него, словно на источник одних лишь проблем, ткнул пальцем рядом с кнопкой отбоя, не разрывая связь, и убрал включенный телефон в нагрудный карман. Потом покачал головой и смущенно покосился на Алиссу. — Бог ты мой!
Она зевнула с таким видом, словно во всем мире не было ничего скучнее, чем мужчина, думающий о ком-то, кроме нее. А потом выгнула спину, приподняв этим движением то немногое, что оставалось от ее футболки, и обнажая часть груди.
— Давайте просто начнем с самого начала, — предложила она, уютно устраиваясь в уголке дивана.
— Отлично. Но я бы хотел получить диктофон назад.
— Я придержу его, пока вы тут. Получите, когда будете уходить.
— Хорошо. Ладно. — Он обреченно вздохнул. — Назад к началу. Вы сказали, что хотите, чтобы я понял реальное положение вещей. В чем именно оно заключается?
— А в том, что вы напрасно тратите время, пытаясь перевернуть все с ног на голову.
— По-вашему, я именно этим и занимаюсь?
— Вы же пытаетесь освободить эту сучку, да?
— Я пытаюсь выяснить, кто убил вашего отца.
— Кто его убил? Да чертова шлюха, его жена. Вот и вся история.
— Кэй Спалтер, отменный снайпер?
— Она же брала уроки. Это чистая правда. Зафиксированная в документах. — Последнее слово Алисса произнесла с почтением, словно оно таило в себе волшебную силу.
Гурни пожал плечами.
— Масса народа берет уроки стрельбы, но никого не убивает.
Алисса покачала головой — быстрым, горьким движением.
— Вы просто не знаете, какая она.
— Так расскажите мне.
— Лживая, алчная тварь.
— Еще что-нибудь?
