Наконец Хардвик откинулся на спинку и засмеялся своим фирменным раскатистым смехом:
— Матерь божья, вот была бы карма так карма!
Хардвик предложил еще раз послушать запись из Венус-Лейк. Они так и сделали. Похоже, его больше всего интересовал тот момент, когда Алисса утверждала, что Клемпер шантажом вынудил ее заниматься с ним сексом.
— Великолепно! Мне это нравится! Ублюдку конец! Решительно и бесповоротно!
Настал черед Гурни проявить скептицизм:
— Одной только записи недостаточно. Ты же слышал Алиссу — она не очень-то тянет на добропорядочного члена общества. Надо будет брать у нее показания под присягой — перечень свиданий, мест, подробности, — а навряд ли она такие показания даст. Потому что она почти наверняка лжет. Если шантаж и имел место, я уверен, что все было наоборот. Так что она не станет…
— Что вы имеете в виду, наоборот? — перебила Эсти.
— Допустим, Алисса соблазнила Клемпера, когда он еще проводил объективное расследование. Что-то мне подсказывает, она провернула бы это в два счета. Допустим, она записала их… свидание на видео. И допустим, цена, которую она потребовала за то, чтобы это видео не попало в руки полиции, состояла в том, чтобы Клемпер помог выставить дело в нужном ей свете.
— Да плевать, как именно они попали в койку, — сказал Хардвик. — Шантаж, обольщение — без разницы. Кому есть дело до того, кто кого шантажировал? Секс с потенциальной подозреваемой — это секс с потенциальной подозреваемой. На карьере Клемпера можно поставить крест.
Гурни откинулся на спинку стула.
— Можно смотреть на дело и так.
— А как еще-то?
— Вопрос приоритетов. С одной стороны, мы можем надавить на Алиссу, чтобы потопить Клемпера. С другой — можем надавить на Клемпера, чтобы потопить Алиссу.
Эсти оживилась.
— И вам больше по вкусу второй вариант, да?
Не успел Гурни ответить, вмешался Хардвик:
— Ты считаешь Алиссу главным манипулятором, но минуту назад сам говорил, что она слегка не от мира сего и не слишком внушает доверие, и тут я с тобой согласен. Она тебе позвонила, назначила встречу, но на этой записи ведет себя довольно-таки бестолково, как будто не понимает, куда движется беседа, и у нее нет никакого заранее продуманного плана. И это гений манипуляции?
— Может, слишком самоуверенный манипулятор, — с понимающей улыбкой вставила Эсти. — Но план у нее точно был.
— Какой?
— Наверное, тот же, что и в случае с Клемпером. Сегодня ее план состоял в том, чтобы затащить Дэйва в постель, снять все на скрытую камеру и заставить его изменить подход к делу.
— Дэйв в отставке. Пенсию ему никто не отменит. Карьерой он не рискует, — возразил Хардвик. — Где тут рычаги давления?
— У него есть жена. — Она посмотрела на Гурни. — Если бы вас засняли в постели с девятнадцатилетней красоткой, это могло бы вызвать неприятности, верно?
Ответа эти слова не требовали.
Эсти продолжала:
— Это был план «А». Сомневаюсь, что многие мужчины отказывают милой крошке, когда она дает им понять, что доступна. И то, что Дэйв в эту игру играть не захотел, скорее всего, стало для нее большим сюрпризом. А плана «Б» у нее не было.
Хардвик издевательски усмехнулся, глядя на Гурни.
— Наш святой Дэвид большой оригинал. Но вот скажи, старик: зачем она созналась тебе, что спала с Клемпером? Почему бы просто не отрицать все?
Гурни пожал плечами.
— Может, еще кто-то знает об этом. Или она думает, что кто-то знает. Поэтому она признает сам факт, но врет про причины. Распространенная техника лжи. Признать поступок, но изобрести уважительную причину.
— Мой бывший был большой спец по части уважительных причин, — заметила Эсти, глядя в пространство, и посмотрела на часы. — Ну так что дальше?
— Может, применить небольшой шантаж уже с нашей стороны? — предложил Гурни. — Встряхнуть Клемпера хорошенько и посмотреть, что из него посыплется?
Идея заставила Эсти улыбнуться.
— Звучит неплохо. Все, что напугает гада…
— Прикрыть тебя? — спросил Хардвик.
— Да не стоит. Может, Клемпер и мерзавец, но вряд ли пустит в ход оружие. Во всяком случае, на людях. Я просто хочу объяснить ему ситуацию, предложить вариант-другой развития событий.
Хардвик смотрел на стол так пристально, словно пытался разглядеть там перечень возможных результатов подобной беседы.
— Надо мне сообщить все Бинчеру, узнать его мнение.
— Давай, — согласился Гурни. — Только не выставляй это так, словно я у него разрешения спрашиваю.
Хардвик достал телефон и набрал номер. По всей видимости, включился автоответчик. Хардвик поморщился.
— Проклятье! Где тебя черти носят, Лекс? Третий раз звоню. Перезвони, ради всего святого!
Нажав кнопку отбоя, он сразу принялся звонить снова.
— Эбби, детка, где он? Я оставил сообщение вчера вечером, еще одно с самого утра и третье полминуты назад. — Он слушал несколько секунд, по-прежнему хмурясь, только теперь уже не от досады, а от недоумения. — Что ж, как только он вернется, пусть свяжется со мной, надо поговорить. Тут черт знает что происходит.
Он послушал еще, на этот раз дольше. Недоумение сменилось тревогой.
